Евгений ХАРИТОНОВ
Евгений Николаевич Харитонов – член Союза писателей России. Автор четырёх сборников стихотворений. Победитель конкурса современной поэзии имени Николая Рубцова «Звезда полей» (2025), лауреат Национальной литературной премии «Золотое перо Руси» (2024), лауреат Международной литературной премии «Форпост» памяти поэта Сергея Короткова (2023) и т. д. Произведения белгородского поэта регулярно публикуются на страницах печатных изданий в России и за рубежом. Живёт в Белгороде.
Живой
К дому от самой границы
Стая не птичья летит.
Только дурак не боится!
Белгород вам подтвердит.
Миг от испуга до комы –
Здесь кому как повезёт.
«Жив ли?» – напишет знакомый.
«Жив, но немножко трясёт!»
«Жив», – отвечаешь супруге.
«Жив», – отвечаешь отцу.
«Это ли жизнь?» – на досуге
Мысли отправишь Творцу.
Просятся нервы наружу,
Шансы сдержать на нуле.
Может, я Богу не нужен,
Раз до сих пор на земле?
Военный госпиталь
Коридоры пусты. В коридорах царит тишина.
Лишь порою доносится жалобный скрип
от кровати.
Не приедут к солдату ни дети, ни мать,
ни жена,
Как я слышал не раз: «Ни к чему о ранении
знать им!»
У хирурга мечты – не лишиться бы сил до утра
Да спуститься во двор покурить не спеша
сигарету.
Прислонившись к окошку, заплачет тайком
медсестра,
Укоряя себя каждый раз за несдержанность эту.
Вот опять во дворе вереница из скорых машин.
Пот стирая со лба, им навстречу бегут санитары:
«Ты, браток, потерпи! Ты, родной, умирать
не спеши!
Мы подлечим тебя и прогоним ночные
кошмары».
Только чем их лечить? Не всегда есть зелёнка
и йод…
Вновь придётся для них всей страной собирать
на лекарства.
Пятый год СВО, а до многих никак не дойдёт,
Что сейчас на кону наша жизнь и судьба
государства!
Прилёт
На месте дома – пепелище,
Снарядом в щепки разнесён.
А верный пёс перенесён
Туда, где сроду не отыщешь.
Не плачь, родимое дитя,
Слезами пса вернёшь едва ли.
У нас остались ты, да я,
Да эта синь над головами.
Быть может, там, где синь густа,
Наш пёс лежит у ног Христа.
Весна в приграничье
Трезвонит март: «Весне дорогу!»
Весна-певунья шла по логу
И вдруг упала… Голос звонкий
Мгновенно стих на дне воронки.
Весну никто и не заметил.
Прикрыл землёй воронку ветер.
Раздался смех ворон над логом:
«Идёт война! Войне дорогу!»
Волонтёрам из группы «Белгородские кружевницы»
К священным вратам православного храма
Во время войны все дороги ведут.
В одном из таких наши сильные мамы
Защитные сети для фронта плетут.
Станки заскрипели в уютной подклети,
А значит, гостинцы получат полки!
Намолена каждая ленточка в сети,
С любовью завязаны все узелки.
Давно затвердели на пальцах мозоли,
Но это не принято здесь обсуждать.
Принёс кто-то ящик томатов в рассоле,
Чтоб вместе с сетями на фронт передать.
А кто-то испёк на досуге печенье
И целый мешок насушил сухарей.
Исходит от храма такое свеченье,
Что меркнут пред ним огоньки фонарей.
Оденутся в сети зенитки и пушки,
С небес не отыщешь район блиндажей!
Хрустит за щекою сушёной горбушкой
Солдат, проходя по низовью траншей.
И вроде бы все остаются при деле,
Но нету покоя в сердцах матерей.
Летят сообщения: «Сети сгорели,
Пришлите немного ещё поскорей!»
К священным вратам православного храма
Во время войны все дороги ведут.
В одном из таких наши сильные мамы
Защитные сети для фронта плетут.
В майский вечер
Кто-то плакал в жилетку,
Кто-то спал за столом.
В майский вечер соседку
Поминали селом.
Мать соседки, Ирина,
Всё твердила в бреду:
«Скоро, дочка, малина
Будет алой в саду.
Вишня соком нальётся,
Сварим вкусный компот.
Папа с фронта вернётся
К нам, родная, вот-вот…»
Стала белой за вечер
Под косынкою прядь.
Жалко Иру, конечно,
Ей всего двадцать пять.
Отцовский крестик
От Донецка до Новоазовска
Не давал нам покоя туман.
Не случайно мне крестик отцовский
Накануне был матерью дан.
Он виновник тому, что тревога
Не смогла подобраться к душе.
Ведь возникший туман на дороге
Был в то утро беды протеже.
Помню также, в минуты просвета
(Я предчувствовал это нутром)
Видел в чёрные платья одетых
Вдоль дороги блуждавших ворон.
Что же делали здесь эти птицы?
Кто над ними имеет бразды?
Не велели ли им убедиться
В том, что мы не минуем беды?
Чем всё кончилось? Берег азовский
К нам на помощь прислал ветерок.
Я же думаю, крестик отцовский
В этот день от беды уберёг.
Третья осень
Небес окраина в огне,
Но эхо взрывы не доносит.
Природа вдруг явила мне
Простой закат в простую осень.
Я замер, глядя в высоту,
На красок линии кривые,
Как будто эту красоту
Увидеть мне пришлось впервые.
Война и совесть
Не считал я совесть за валюту,
Но внезапно грянула война…
У богатых что ни день – салюты,
На груди у бедных ордена.
Слово «совесть» здесь не оговорка,
Ты судьбу с бездушьем не венчай!
У богатых на столах икорка,
У солдат в окопах честный чай.
В нашем мире лживом, несвободном,
Где не стоят жизни и гроша,
В час войны богатым быть не модно,
Если то богатство не душа!
Хоть декабрь, но снега нету
И, видать, не будет вовсе,
Коль с рассвета до рассвета
К нам война приходит в гости.
И никто пока не знает,
Как прогнать отсюда гостью.
Снег летит к земле со злостью,
Но её не покрывает,
От людского горя тает.
О друге
Который час лютует вьюга
И бьётся в форточку крылом.
А я на кухне рядом с другом
Сижу в раздумьях о былом.
Ах, это светлое былое –
Гнездо, видавшее птенца.
В те годы солнце золотое
Влекло куда-то без конца.
Текли из памяти картинки:
Качели, школа, гаражи…
И я промолвил другу Димке:
– А ты что помнишь? Расскажи!
Мой друг смеялся, не моргая,
Застыв на фото предо мной.
В тот миг, наверно, полагая,
Что будет долгим путь земной.
Что, как у всех, родятся дети,
С работы будет ждать жена…
Но кто бы знал, что планы эти
Разрушить вздумает война.
