Тамбовские корни Воронежского Профессора философии:

К ПОРТРЕТУ ПРОТОИЕРЕЯ ИОАННА ЯКОВЛЕВИЧА ЗАЦЕПИНА

Наверное, каждый город гордится той или иной научной школой или научной традицией, сформировавшейся в его учебных заведениях. Так и Воронеж гордится своими философскими традициями, связанными с именами митрополита Евгения (Болховитинова), архимандрита Феофана (Авсенева), Д. В. Веневитинова, В. Н. Карпова, Н. В. Станкевича, П. Е. Астафьева… Большинство из них получили образование в стенах Воронежской православной духовной семинарии и прославили город как один из центров философской мысли России XIX века. У основания философской школы стоял выдающийся учёный, митрополит Евгений (Болховитинов, 1767–1837). Говорить о владыке как о чистом философе, наверное, было бы неправильно, в большей степени он оставил свой научный след как историк. И тем не менее, окончив Воронежскую семинарию, он вернулся в неё после окончания Славяно-греко-латинской академии в 1789 году в качестве преподавателя, одним из предметов которого была философия. В 1800 году митрополитом Санкт-Петербургским Амвросием (Подобедовым) Болховитинов был приглашён в столицу как преподаватель философии и высшего красноречия в Духовную академию, что говорило о его авторитете как знатока и специалиста в области философской мысли того времени.
Передавая эстафету в области философского образования, Евфимий Алексеевич Болховитинов оставил после себя в Воронеже талантливого ученика, а затем и коллегу по преподавательской деятельности в семинарии, в будущем профессора философии протоиерея Иоанна Яковлевича Зацепина, ставшего своеобразным мостиком между выдающимся митрополитом и не менее талантливыми профессорами, выпускниками Воронежской семинарии архимандритом Феофаном (Авсеневым) и В. Н. Карповым.
Родился Иоанн Яковлевич около 1777 года в селе Шмаровка Усманского уезда Тамбовской провинции в семье священника. В числе 9-го выпуска (1796–1797 гг.) он окончил Воронежскую духовную семинарию с аттестацией: «превосходных дарований».
Интересный портрет Зацепина оставил автор вышедшей в Воронеже в 1898–1899 годах «Истории Воронежской духовной семинарии» П. В. Никольский. Он писал, что «провёл молодые годы Иван Зацепин в бедности. Уже находясь в училище, он зарабатывал себе хлеб тем, что рубил дрова. Бедно одетый, в лаптях, он вызывал своей непривлекательной внешностью насмешки со стороны товарищей. Но при таких неблагоприятных условиях он на школьной скамье заявил себя усидчивыми занятиями науками. Всё это – и насмешки товарищей, и постоянный труд – развило в нём необщительный, угрюмый характер. Ещё не окончивши курса, 3 октября 1797 года, Зацепин сделался учителем низшего грамматического класса Воронежской семинарии, а 9 октября перемещён в высший грамматический класс и назначен катехизатором. В 1798 году Зацепин окончил курс семинарии. В 1801 году назначен учителем синтаксического класса. 28 января 1802 года рукоположен во священника к Троицкой (Смоленской) церкви. 6 октября 1802 года определён учителем риторики и членом семинарского правления. 28 октября 1803 года сделался преподавателем философии и высшего красноречия. „За рачительное и успешное обучение философского класса произведён в протоиерея на священнической вакансии“. 1 сентября 1807 года он был определён учителем богословия и префектом семинарии. Быстрое повышение по службе свидетельствовало, что семинарское начальство высоко ценило дарования молодого учителя. Но эти повышения не удовлетворяли самого Зацепина. Ему хотелось учиться, но как возможно было сделать это префекту и протоиерею?». В добавление к тексту Никольского хотелось бы сказать, что в «Воронежских епархиальных ведомостях» сохранился текст указа преосвященного Арсения II «О возведении священника Зацепина в сан Протоиерея». «Уважая пользу для церкви и общества, происходящую от учения в Семинарии преподаваемого, и признавая достойными всякого приятия все способы, к чести ее споспешествовать могущия; отдавая же справедливую похвалу прилежанию, трудам и успехам, а равно благонравию и честному поведению учителя философии Иерея Иоанна Яковлева Зацепина, во ободрение его к вящим плодам для Семинарии, основываясь на словах Апостола Павла, в 1-м послании к Тимофею главе 5-той стихе 17-м написанныя: „прилежащии добре пресвитеры сугубыя чести да сподобляются, пачеже труждающиися в слове и учении“, долгом поставляю почтить его Саном Протоиерея, с тем единственно, чтобы он, чувствуя, что сие ему не в пример прочих делается, никогда без воли Архиерейской не оставлял трудиться при Семинарии всевозможно.
– Консистория, взяв от него в сем намерении подписку, сделает должное ему производство на означенный чин. Июля 13 дня 1804-го года. Арсений Епископ Воронежский и Черкасский».
Имеется упоминание об отце Иоанне в «Материалах для истории Воронежской епархии», опубликованных в «ВЕВ» № 3 за 1893 год, где в резолюциях Арсения II, епископа Воронежского и Черкасского, по семинарии от 23 января 1806 года указан «учитель философии протоиерей Зацепин» .
Как указывал Никольский, Иоанну Яковлевичу «хотелось учиться, но как возможно было сделать это префекту и протоиерею?», и он нашёл выход, вследствие которого с ним произошло в какой-то степени курьёзное происшествие. В 1807 году Зацепин получил разрешение у воронежского преосвященного Арсения (Москвина), епископа Воронежского и Черкасского, выехать в село Сорочинцы Черниговской губернии для лечения. Вместо этого он отправился в Харьков и стал посещать лекции недавно открывшегося местного университета. Владыка Арсений, узнав об этом, доложил в Святейший Синод, откуда пришло распоряжение разрешить Зацепину находиться в Харькове, но с запретом на посещение лекций. Тогда протоиерей Зацепин стал приглашать харьковских профессоров с лекциями к себе домой, особенно профессора физики Шада (Опечатка П. В. Никольского. Имеется в виду Иоганн Баптист (в России Иван Егорович) Шад (1758–1834) – немецкий философ, преподававший в Харьковском университете с 1804 по 1816 год . – В. Р.). Вскоре деньги, потраченные на съёмную квартиру и профессоров, иссякли, тогда Зацепин начал продавать свою одежду. Между тем преосвященный Арсений не переставал звать его в Воронеж. И вот в 1811 году протоиерей явился домой в одном халате. Чтобы появиться на глаза вновь назначенному преосвященному Анатолию I (Соколову), Зацепин выпросил рясу у отца Иоанна Скрябина. Владыка Анатолий вместо наказания поступил с ним как в евангельской притче о блудном сыне – обнял и расцеловал. После чего протоиерей Иоанн Зацепин питал к нему очень добрые, дружеские чувства.
В том же году он был назначен коротоякским протоиереем присутствующим в консистории и учителем при семинарии по математике и физике. В августе 1811 года назначен членом Оспенного комитета (комитет занимался вопросами прививки от оспы, имея ещё название «Оспопрививательный». – В. Р.), 21 декабря – префектом и учителем философии в семинарии. 21 марта 1812 года определён на должность кафедрального протоиерея. 21 июля 1814 года награждён скуфьёю; 19 марта 1815 года – камилавкою.
При преобразовании семинарии в 1817 году Зацепин по предписанию Комиссии духовных училищ представил в неё свой конспект по философии. Конференция Петербургской академии нашла этот конспект лучшим из всех конспектов по философии, представленных из разных семинарий России. После этого Зацепин был назначен профессором философских наук преобразованной Воронежской семинарии. В том же году он был назначен смотрителем (ректором) Воронежских духовных училищ, а 20 ноября 1821 года утверждён и в должности инспектора семинарии. 29 декабря 1821 года Зацепин был награждён золотым наперсным крестом.
И вот здесь необходимо ещё раз напомнить о непрерывности воронежской философской традиции. Если сам Иоанн Зацепин был учеником владыки Евгения (Болховитинова), то в эти годы его учеником стал выдающийся философ, литератор, переводчик на русский язык и комментатор сочинений Платона, впоследствии выпускник Киевской духовной академии, профессор Санкт-Петербургской духовной академии Василий Николаевич Карпов, окончивший Воронежскую духовную семинарию в 1820 году.
Как отмечает С. В. Ряполов, несмотря на то, что Карпов в юности, очевидно, испытал достаточно сильное влияние протоиерея Иоанна Зацепина, которого традиционно принято относить к представителям русского шеллингианства, т. е. оригинального направления в русской философии, развивавшего идеи представителя немецкой классической философии Шеллинга и его школы, «тем не менее В. Н. Карпов одним из первых в русской философии дал последовательную критику немецкого идеализма. С середины 1850-х гг. он опубликовал ряд текстов, в которых предпринял подробный разбор источников и сущности немецкого рационализма».
Говоря о философской традиции Воронежа, необходимо отметить, что в эти же годы в Духовной семинарии обучался ещё один в будущем талантливый, самобытный философ, профессор Киевской духовной академии, архимандрит Русской православной церкви Пётр Семёнович Авсенев (в монашестве Феофан), окончивший её в 1828 году, на которого также оказал влияние отец Иоанн Зацепин, ещё во времена, когда Пётр Авсенев был учащимся Воронежского духовного училища. Протоиерей Георгий (Флоровский) отмечал, что «в ряду киевских философов всего ярче образ П. С. Авсенева, затем архимандрита Феофана (1810–1852), принявшего пострижение уже в профессорском звании, по внутренней склонности и влечению». Имея таких выдающихся учеников, отец Иоанн Зацепин стал своеобразным мостиком, или звеном, в цепи Воронежской философской традиции, неразрывно соединив собой митрополита Евгения, будучи его учеником, со своими учениками, выдающимися профессорами.
Вслед за утверждением в должности инспектора для Зацепина начались служебные неприятности, которые продолжались до самой его отставки от духовно-училищной службы. Человек науки, пользовавшийся уважением и архиереев, и сослуживцев, Зацепин не поладил с ректором семинарии иеромонахом Авксентием. Назначенный в 1819 году на должность ректора и прослуживший на ней до 1821 года отец Авксентий был человеком весьма глубоко верующим. По его мнению, семинарское образование должно было носить исключительно религиозный характер, где Священное Писание являлось альфой и омегой вообще всех знаний, потребных христианину. С такими настроениями он стал ректором семинарии, в которой глубоким уважением пользовался инспектор, профессор отец Иоанн, преданный естество­знанию и не любивший внешней набожности. Ректор не мог скрыть своего нерасположения к специальности преподавателя Зацепина, называя последнего на лекциях по физике «нечестивцем и безбожником».
В результате конфликта, в который были вовлечены и другие преподаватели семинарии, ректор стал обвинять инспектора в неповиновении своей власти и напрямую жаловаться правящему архиерею. Преосвященный Епифаний на эти жалобы отвечал, что ему «довольно известен отец инспектор как человек благонамеренный и по всем должностям бдительный».
Тем не менее 30 сентября 1822 года отец Иоанн был уволен за болезнью от должности при семинарии. Но семинарское начальство и после этого не оставило его в покое. Оно предъявило ему иск на 4 148 рублей «добровольных пожертвований», которые Зацепин обещал собрать для исправления ветхих училищных зданий. Снова пришлось отписываться и объясняться. Однако всё обошлось. Мало того, пользуясь уважением владыки Епифания и по его ходатайству, в январе 1827 года Зацепин был пожалован орденом Святой Анны III степени. В том же году он подал прошение об увольнении и от училищной службы, выставляя причиной сильную болезнь. Тогда же оно и состоялось.
После всех этих незаслуженных гонений отец Иоанн оставил Воронеж и переехал в свой деревенский домик недалеко от уездного городка Землянска, где мог предаться своей любимой науке – физике. Ещё раньше, 28 марта 1824 года, он был избран членом Общества наук при Харьковском университете, и уже тогда о нём составилось мнение как о необыкновенно учёном человеке. После отставки он почти не выходил из своего кабинета. Здесь стоял огромный стол, заваленный физическими инструментами, химическими составами, учёными книгами. Замкнутость и необщительность Зацепина, постоянные уединённые занятия, непостижимые для простого народа опыты создали ему репутацию чернокнижника, вызывателя духов и т. д. Некоторые считали его отступником от православия, еретиком, атеистом, тем более что он как священник не всегда, говорят, с надлежащим уважением относился к церкви и её постановлениям и дозволял иногда в беседе с другими высказывать свои, особые взгляды на церковные обряды. Впрочем, под старость Зацепин сделался религиознее. Проживая в своей деревне близ Землянска, он еженедельно по субботам приезжал в Воронеж и служил акафисты Божией Матери в кафедральном соборе. П. В. Никольский, работая над своей «Историей Воронежской духовной семинарии», уже в конце 80-х годов XIX века слышал много легенд о Зацепине, которые сохранились не только в простонародье, но и среди духовенства (пре­имущественно сельского). Передавалось, что он по своему желанию производил гром и молнию (вероятно, опыты по физике), умерщвлял и оживлял птиц и зверей. Рассказывают, что он на время воскресил свою жену. Слышали будто бы и разговор его с (покойной) женой. Соседние по имению его крестьяне рассказывали, что над его землёй всегда бывали благовременные дожди, а их нивы страдали от засухи. «На небе не видно ни тучки, ни облака, – рассказывали мужики, – а протопоп выйдет на свою ниву, помашет полой рясы или рукой – и откуда ни возьмётся дождь и прольётся только над его полосой». Не раз они из зависти хотели потравить его поля скотиной, но как ни придут на ниву, а протопоп уже тут, как нечистая сила, по их мнению, предупреждала его. Одно из начальственных лиц укоряло отца Зацепина, что он вследствие своего (раннего) вдовства живёт порочно, на что протоиерей заметил, что в кабинете его самого (т. е. начальника) женские платья – и действительно, показалось присутствующим тогда, что вместо ряс развешены женские платья, которые по уходе Зацепина опять превратились в рясы. Умер отец Иоанн у себя в деревне под Землянском. Точная дата его кончины не установлена, но предположительно, она в промежутке между 1855 и 1859 годами.

Владимир Ряполов

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *