Ирина ШЛИОНСКАЯ
Ирина Александровна Шлионская родилась в 1971 году. С 11 лет публиковала стихи и рассказы. Окончила редакционно-издательское отделение факультета журналистики МГУ. Работала литературным редактором и корректором в различных издательствах, публиковалась в центральной прессе. Кроме того, является автором более 20 книг в жанре нон-фикшн, опубликованных крупными издательствами, а также имеет многочисленные художественные публикации (стихи и прозу) на литературных страницах центральных и региональных изданий и в литературных альманахах. Член Союза писателей и Союза журналистов России.
Хобби и вечность
Промчались по ветру, легки,
Трястись заставили в ознобе.
А я-то думала, стихи –
Не более чем просто хобби.
Но мне сказал один поэт,
Творящий магию словами:
Стихи – они и Бог, и свет,
Повелевающий мирами.
Они – таинственный нектар,
Целительный от всех болезней,
Они – проклятие и дар,
Тебе дающий власть над бездной.
И звуки вырастут в слова,
Чтоб этот мир необозримый
Суметь по-новому назвать
И дать себе иное имя.
И будет много тех имён,
Как много слов в тебе родится.
Стихи – единственный закон,
Дающий с вечностью смириться.
Багаж
Набери моё имя в поисковике,
Просто кликни по каждой уставшей строке,
И откроются ссылки, а там про меня –
То, что сети земные бездушно хранят.
Выдаст, где и когда появилась на свет,
И что, мол, на минуточку, даже поэт.
Тут и книги, и песни, и весь мой багаж,
За который, как водится, много не дашь.
Почитаешь, посмотришь, подумаешь так –
Не носить же за это её на руках!
Ты ведь истину знаешь – что всё пустота
И ничем не владею я, кроме кота,
Ну и кошки, конечно, без мелкой куда ж?
Остальное давно уже сдали в багаж.
Мой край
Хочу я вернуться
В родные края.
Мой край – где деревья
Под ветром шумят.
Мой край – где колышется
Водная гладь.
Я родиной буду его называть.
Не там, где пустыня,
Не там, где песок,
А там, где под дубом
Журчит ручеёк.
Не там, где кирпичные строят дома,
А там, где девичьи стоят терема,
А там, где на дудке играет пастух
И где кукарекает звонко петух.
Мой край – там, где ливень
По крышам стучит
И робкое солнце пробиться спешит.
Мой край – где ночами поёт соловей,
Тоскливо поёт он о доле моей,
Где в воду рыбак опускает сеть…
Где ж край мой любимый?
Скажи мне, ответь!
Когда стихами мир звучит,
Я жадно слушаю сонату.
Когда во мне любовь молчит,
Себя считаю виноватой.
Дано мне петь, дано любить,
Но это – порознь и не скоро.
Кому сказать, кого просить
Об изменении узора?
Я слишком многого хочу,
Ну а могу, увы, так мало
И часто в пустоту кричу,
Что быть собой не перестала,
Что строки я ещё ловить
Способна на волнах воздушных,
Что суждено мне полюбить
Земной любовью простодушной.
Но нужно выбрать… Говорят,
Две эти вещи несовместны.
Мотивы жизненных сонат
Одной судьбе давно известны…
Вёсны
И снова грянула весна
Привычным чудом обновленья.
Природа вырвалась из сна,
Осуществляя акт творенья.
И в эти дни не избежать
Мне памяти о вёснах прежних,
Когда хотелось мир обнять
От полноты звенящей вешней.
И было детство без забот,
Казалось, всё вокруг смеётся,
И набухает, и цветет,
И просто радуется солнцу.
А позже так рвалась она
К нам через окна классов пыльных
И, чуть уроки не сорвав,
Манила зеленью и синью…
И в память врезались они,
Мои студенческие вёсны,
Москва и солнечные дни
Восьмидесятых-девяностых.
И нам по двадцать, и журфак,
И скоро уж сдавать зачёты…
И веришь – вечно будет так,
По принципу круговорота…
Но жизнь нельзя затормозить,
И с каждым годом ближе старость…
Всё больше поводов грустить,
Всё меньше времени на радость…
И всё ж мы каждую весну
Готовимся привычно к чуду.
И может, в этом жизни суть:
Я был, и есть, и снова буду…
Высоцкий в загробном мире
Ему не случилось на этой земле
Допеть, долюбить, дописать.
Ушёл в запределье на тысячу лет,
Но голос прорвётся опять
Сюда, где еловые лапы дрожат
И стелют влюблённым поля,
Где книжные дети витают в мечтах
И выверен курс корабля.
Не верьте – земля не могла умереть,
И горы на месте стоят.
Пусть он не из боя, но смог долететь
До солнца, что движется вспять.
Разрушить сто замков, разбить сто оков
Да к Богу успеть заглянуть,
И дом свой хрустальный построить из слов,
И золотом вымостить путь.
Ему до последней черты, до креста,
Но надо дорваться до звёзд.
А что в этом мире не смог дописать,
Допишет чудной алконост.
Алиса
– Господи, где же ты? –
Я выкликаю имя. –
Вспыхни из темноты
Искрами голубыми.
Господи, подскажи,
Есть у меня вопросы:
Как на миру прожить
Мне, не роняя слёзы?
Чтобы не без гроша,
Были здоровье, силы,
Чтоб хоть одна душа
Просто меня любила…
Господи, помоги,
Надобно лишь включиться.
Теста на пироги
Выдай рецепт, Алиса!
Мне на плечи кидается век-волкодав,
Но не волк я по крови своей…
О. Мандельштам
Я – такая. Примите меня
И не требуйте больше, чем нужно.
Жаром трепетной ласки огня
Растопите сердечную стужу.
Полюбите меня за стихи
И за то, что на вас не похожа,
И за мелкие эти грехи,
Ведь у каждого есть они тоже!
Умоляю: возьмите в свой круг,
Закружите на празднике вашем,
Чтоб напитком из встреч и разлук
До краёв я наполнила чашу.
И не будьте жестоки ко мне,
Как сама я жестокой не буду.
Не судите о мнимой вине –
И, быть может, содеется чудо!
И тогда, как волчица, легка,
За любимым умчусь я свободной,
Запалив сердцевиной цветка
Вам костёр для звезды путеводной.
Нет
Нескромно звание «поэт»:
Раз не пишу стихов заумных,
Мне места трепетного нет
Среди тусни литературной.
Нет продвиженья и у книг:
Не блогер я – властитель мыслей,
И всех подписчиков моих
По пальцам можно перечислить.
Не замужем и не худа,
Люблю без дела поваляться.
А коли так, привет деньгам:
Одни коты – моё богатство.
Так можно долго вспоминать,
Перебирая жизни факты,
Чем я была обделена,
Но то, что есть, не взять обратно.
