В предчувствии снегов

Виктор Карпушин

Поэт, член СП России, автор четырёх стихотворных сборников. Печатался в журналах «Юность», «Молодая гвардия», «Литературной газете», газете «День литературы». Живёт в г. Балашихе Московской области.

 

 

 

* * *

Куда ведёт железная дорога?
До Реутово, дальше – на Москву.
Ах, Балашиха, будь ко мне не строга,
Повремени сгребать в костры листву!

Не торопи дожди, а с ними слякоть,
Туманную прохладу у реки…
На день рожденья не пристало плакать,
Топить во мгле кувшинок поплавки.

Пускай ещё немного бабье лето
Порадует задумчивым теплом.
И так легко теперь поверить в это
И обмануться, может быть, потом.

Ну а пока в росе искрятся рельсы
И электричка в Горенки ушла,
И я не лишний в этой странной пьесе,
И мне досталось чуточку тепла.

* * *

По лезвиям речной осоки
Скользит вечерняя заря.
Молчат поэты и пророки,
К чему тревожить вечность зря?

Такое время недоступно
Иноплеменному уму.
И высыпали звёзды крупно
В небес холщовую суму.

И соль блестит на чёрном хлебе,
И грустен взгляд полей ржаных,
И дальние зарницы в небе,
Где тени мёртвых и живых.

* * *

Здесь пахнут кладбищем рябины,
Печальна русская юдоль.
Деревни брошенной руины,
Где были радость, хлеб да соль.

А нынче осень в травах сорных
Плетёт туманную кудель…
И хрупкий лёд на лужах сонных,
И листьев траурная прель.
* * *

Тревожны реденькие рощи –
Они в предчувствии снегов.
Всё стало искренней и проще:
Вражда друзей, любовь врагов.

Нам это осень нагадала,
Нам это ветры принесли…
Но разве ты об этом знала
На стылом краешке земли?

От многих знаний – лишь печали,
От недосказанности – ложь.
Устала лодка на причале
С утра черпать бортами дождь.

И столько силы в каждой капле –
Ко дну, а может, в гущу волн?
И в камышах дремали цапли,
Былых и нынешних времён.

И лёгкий запах зверобоя,
Не ведая о том, бодрил.
«Я вас любил, чего же боле…»
И ангел по воде бродил.

* * *
Сохнут акварели на ветру,
Пробегает дрожь по старым клёнам.
Захожу то к Павлу, то к Петру,
Мужичкам, печалью заклеймённым.

И дорога в блёстках позолот
Кажется родной и бесконечной.
Ну а то, что мелкий дождь идёт,
Для меня давно он друг сердечный.

Он не помешает различить
Ржавые ограды возле храма.
«Верь, любовь не может разлучить», –
Говорила мне когда-то мама.

Жаль, недолговечна акварель,
К вечеру сотрутся силуэты,
И, наверно, незачем теперь
Затевать счастливые сюжеты.
* * *

Всё как обычно – лёд и пламень
В провинциальном городке.
Из дома выйдешь – вещий камень,
Тропинка льдистая к реке.

Забыты прошлые уроки,
Запрятана в углу сума…
И сумерки сжимают сроки,
Поскольку на Руси – зима.

Ах, эти ветреные зимы,
Ночных метелей круговерть.
Постом Рождественским хранимы,
Живём, не думая про смерть.

Спускаемся к реке, где прорубь,
Где птичьи вмёрзшие следы.
И долбит клювом серый голубь
Сухарик с привкусом беды.

* * *

Мокий Мокрый разбудил русалок,
Ветки ивы тянутся к воде.
Присмирела утром стая галок,
Но не стоит думать о беде.

Милая народная примета
Повествует людям и зверью,
Что плутает по тропинкам лето,
Щурится на раннюю зарю.

О родне напомнят незабудки,
Пролетит случайный майский жук.
Плавают задумчивые утки
И не отвлекает дятла стук.

И рыбак у высохшей колоды
Задремал от колдовской воды.
А русалки водят хороводы,
Путаясь в сплетеньях лебеды.

МОРОШКА

Потчуют в кафешке импортной картошкой,
Ну а я собрался нынче за морошкой.
А попутно можно прикупить чекушку,
Угостить соседа, угостить подружку.

Только очень скоро выветрилась влага,
Вот стою, скучаю около оврага.
Белые берёзы тихо облетают,
Юркие стрекозы в сумерках плутают.

Кажется, что леший смотрит из-за ёлки,
Спящая царевна мается в светёлке.
«Сказочна морошка, вот её и нету!» –
Как тут не поверить местному поэту?

* * *

Серебряными гвоздиками дождь
Вбивает листья в чёрную тропинку.
В такие дни тепла уже не ждёшь,
Как за соломинку, держась за паутинку.

И если спросит кто-то: «Как дела?» –
Ответить проще, чем хранить молчанье…
И всё-таки печаль твоя светла,
Таким бывает позднее венчанье.

* * *

Рисует тёмные аллеи
Художник в джинсах. Меркнет день.
И жизнь окажется милее,
Когда лица коснётся тень
Тревожной осени, летящей
Над затихающей землёй.
Редеют ивовые чащи,
Река посыпана золой
Задумчивых печалей лёгких.
Художник, отразить успей,
Как в сумерки вплывают лодки
И бродит дождь среди аллей.

* * *

Замёрзли леса и болота,
На хлебе – кристаллики льда.
Окрестных церквей позолота,
Серебряных окон слюда.

И в сумерках стылых – прорехи:
Мерцают призывным огнём
Лампад путеводные вехи,
Поскольку в России живём.

* * *

В сыром лесу лиловый прутик
Во мгле указывает путь.
Я несерьёзный, видно, путник,
С тропы не пробую свернуть.

Иду на дальний счёт кукушки,
Который еле различим…
И освещают путь гнилушки,
И родины приятен дым.

И плавает окурок в луже –
Примета близкого жилья.
Быть может, я кому-то нужен.
Тропа. Развилка. Колея.

* * *

Сегодня первые Емели
Ступили на некрепкий лёд.
И смотрят искоса метели:
Авось им снова повезёт?!

Кряхтя, выдалбливают лунки,
Вороны им – почти родня.
Своим дыханьем греют руки
У папиросного огня.

И каждый – чуточку мессия,
Задумчив и нетороплив.
И удивляет мир Россия,
Над бездной голову склонив.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *