Просветители

popkov
Василий Попков, выпускник МГПИ 1961 г., к.ф.н., доцент, почетный профессор МГАУ, член Союза журналистов России

Недавнее 85-летие науко-градообразующего Мичуринского университета Социально-педагогический институт встретил в качестве его полноправного структурного подразделения, коим стал после нелегких консультаций и дискуссий с 2012 года.

И за эту неполную четырехлетку лаборатории, кафедры института активно включились в разработку и осуществление учебных программ, научных проектов, связей с другими родственными учебными заведениями и научными учреждениями. В качестве убедительного аргумента назову здесь совсем недавнюю защиту нашими выпускниками трех докторских диссертаций: по русскому языку А.В. Логиновым и В.М. Швецовой, и по химии А.В. Кострикиным; проведение трех ежегодных Владимирских духовно-образовательных чтений совместно с Мичуринской и Моршанской Епархией во главе с преосвященным епископом Гермогеном, учебными заведениями районов с выпуском сборника материалов; подготовку экскурсионно-туристического путеводителя маршрутов по святым и заповедным местам родного Тамбовского края доцентом А.Ю. Околеловым, конференцию посвященную Вернадскому, и выигранный гранд на проведение конференции «Тамбов на карте генеральной»… В рамках наукограда создан туристический кластер по Мичуринску и Мичуринскому району.
Конечно, приведенных аргументов было бы недостаточно, чтобы стать вровень с другими подразделениями университета, ныне одного из лучших учебных заведений России аграрного профиля, если бы… Если бы не собственная достойная история Мичуринского пединститута.
А в ней, как сияние солнечного луча в капле воды, отразилась история нашего государства, его образовательная политика от ликбеза к всеобщему сначала к начальному и неполному среднему, а затем и к среднему образованию.
Наши два высших учебных заведения во многом соревновались между собой негласно, можно сказать, даже соперничали (но чтобы враждовать – ни Боже мой, никогда!). Особенно в учебно-воспитательной и научной работе со студентами, в спорте, художественной самодеятельности. При проведении совместных концертов, КВН, залы не вмещали желающих, профкомы «отбивались» от нареканий при распределении пригласительных билетов. На легкоатлетические эстафеты со стартом и финишем на площади Мичурина, казалось, собирался весь город. Чем не дни открытых дверей с идеальной наглядной профориентацией для будущих абитуриентов, их родителей и наставников?
Общими для вузов, по рассказам очевидцев, были записи студентов и преподавателей в военкомате добровольцами на фронт в тяжелые 1941–45 гг., а по моим собственным впечатлениям – поездки на целину в ­1956–58 гг., на работу в стройотрядах, на осеннюю сельхозуборку.
Да что говорить, и в быту встречались мы ежедневно: городок наш маленький, учебные пятачки в центре, ограниченном улицами Гоголевской да Красноармейской, Интернациональной да Набережной.
Нас объединила дружба.
Так, в 1956 году после успешного окончания Веселовской средней школы, что в Моршанском районе, наши с Лешей Шитиковым, с которым десять лет сидели за одной партой, пути наши разошлись: он поступил в плодоовощной, я – в педагогический; он был частым гостем в нашей восьмой комнате общежития на Гоголевской, 69, другом многих друзей, был в курсе наших учебных и общественных занятий и меня при посещении его в общежитии на ул. Интернациональной соответственно также интересовали его друзья, их хобби. Дружба продолжалась и по прошествии лет. Он уже не Леша, а Алексей Дмитриевич стал директором совхоза «Ракшинский», где освоил выращивание элитных семян картофеля для России, заслуженным работником сельского хозяйства. Моя же стезя слилась на научное и педагогическое поприще. Теперь, по прошествии лет, не стыдно подумать, что мы не посрамили чести ни своих учебных заведений, ни своей родной школы, о чем зафиксировано в Тамбовской энциклопедии 2004 года. Мне даже посчастливилось поработать в обоих высших учебных заведениях и поэтому, о чем пишу, знаю непонаслышке.
На проводимых по субботам совместных вечерах зарождались знакомства, нередко взаимные симпатии, а там, к распределению, глядишь, и совершается «умыкание» крепкими аграрниками ярких красавиц с начфака, биофака или с филологического.
Назовем подобные преподавательские и существующие до сих пор семьи Кривенновых, Скрипниковых.
Апофеозом же и символом подобных отношений основанных на крепчайшей дружбе, трогательной любви, общих интересах, преданности науке, общественному служению, наконец, страсти к путешествиям, конечно же, была семья Будаговских-Черненко. Вся жизнь Валентина Ивановича, талантливейшего ученого-селекционера, последователя И.В. Мичурина, была отдана одному учебному заведению – Плодоовощному институту, начиная с его основания, с 1932 года. Екатерина Семеновна, дочь и последовательница знаменитого ученого, сподвижника Мичурина, Героя Социалистического труда С.Ф. Черненко, незаурядный ученый-ботаник, журналист и писатель до конца дней своих служил верой и правдой в пединституте профессором, заведовала кафедрой ботаники. Мне посчастливилось знать эту семью с 1960 года, редактировать и издавать труды Екатерины Семеновны, писать о ней очерки…
Вся деятельность ректора, деканатов, кафедр, библиотеки, кабинетов, лабораторий подчинена одной сокровенной цели – не просто наполнить знаниями питомцев, а возжечь факел великой любви к таким извечным понятиям, как наука, просвещение, образование, учитель.
Мичуринский государственный педагогический институт на протяжении всего пути, начиная с 1939 г. основания в городе Учительского института, стремился осуществить высокую миссию подготовки школьных учителей.
Мне не однажды посчастливилось писать о славных страницах его истории, о питомцах и их наставниках и всякий раз не терпится воскликнуть словами Ломоносова: «Восторг внезапным ум пленил». Писал ли о своих встречах и интервью с первыми выпускниками М.М. Хабаровым и Савицким, ректорами Б.А. Быстровым, С.В. Винокуровым, Н.К. Миттовым, директором В.Я. Никульшиным, профессорами А.М. Красноусовым, Е.С. Черненко, доцентами А.Р. Монастырским, В.К. Орловой, К.Л. Мартьяновой, выпускниками В.М. Кругловым, В.П. Мещеряковым, поэтами и прозаиками и драматургами В.К. Кострикиным, Т. Бердичевской, И. Гладких, А.Ю. Объедковым, В.И. Михиным – «восторг» не покидал меня.
Не рассказать о них – не просто грешно, а непростительно. Как говорили древние, «аще мы умолчим, то камение возопиет»…
Первое слово – о моих товарищах…
Первый курс пролетел «быстрокрылою чайкой над пенистыми волнами». Задержать их стремительный полет можно было, главным образом, воспоминания о знаковых и увлекательных лекций преподавателей… О как нам на них везло! Мы на практике ощутили, что такое Личность. Когда каждый преподаватель, независимо от степени и ранга, каждый сотрудник стремится к воплощению в жизнь этих понятий, мы называем это единством требований, неотъемлемым законом педагогики, а коллектив уподобляем слаженному оркестру, который вместе со студентами творит созвучие, именуемое симфонией.
Сколько перед нами и перед последующими поколениями студентов прошло таких просветителей, умных воспитателей-старцев, объяснивших сокровенный смысл первозданности русского слова.
Такими просветителями были, прежде всего, наши великие лингвисты, филологи: глубокая как бездонный колодец Антонина Алексеевна Яковлева, выпускники МГУ им. М.В. Ломоносова профессора Вера Васильевна Бабайцева и Татьяна Викторовна Маркелова, авторы вузовских и школьных учебников; наши выпускники, профессора Е.В. Алтабаева, Н.В. Черникова, В.В. Химик, Т.П. Нестерова, Е.Н. Федосеева. Это они олицетворяют собой истину: «ученье – свет», но нам кажется, живет она в нас всегда. И уже изрекаем её по привычке без первозданной трепетности, не задумываясь ни о метафорической природе словосочетания, ни тем более о его этимологии.
Вузовские воспитатели не устают возвращать к первооснове слова: знаток мировой культуры, признанный оратор, истинно православный человек В.Я. Никульшин, исследователи литературы «золотого века» С.С. Кудрявкин, Т.П. Нестерова, как и наши великие предшественники А.А. Земляковская, А.Р. Монастырский, А.М. Красноусов, В.П. Журавлев, И.П. Печенкин, Е.Н. Касаткина, В.Н. Касаткина. Через литературу они реализовывают сокровенный смысл слов и понятий.
И слово Учитель. Известно, к какому Имени оно восходит. Меня всегда поражало священное отношение к учению, слову, письменности древнерусских писателей. Даром ли первоучители славянского языка Кирилл и Мефодий не просто почитались, а прославлены как равноапостольные святые. А какими эпитетами одарила история других писателей! Епифаний Премудрый, Никон Великий. Потому и распространение книжного учения, письменности именовалось теплым словом «Просвещение», оно связано с понятием «образование». По чьему образу и подобию был создан человек в древности понимали (и почитали!) глубже. К сожалению, приходится признать, что происходит девальвация слов, понятий, поступков…
И вместе с тем уходит в прошлое незыблемость авторитета Учителя.

Одно из предназначений вузовского наставника – убедить питомцев в необходимости постоянного пополнения своего умственного багажа, осознания своей немощи перед величием мира, науки. Слово – великое достояние и оружие учителя. Слово – полисемично, т.е. многозначно.

Слово – оружие – это одно из его метафорических состояний. Напомню, А. Р. Монастырский любил цитировать поэму В. Маяковского «Во весь голос».
О том, что слово мобилизующе действует в бою, известно и школьнику. Благословенное слово Сергия Радонежского двигало на Куликовом поле передовым полком, и полком правой руки, и полком левой руки, и засадным полком Боброка. При этом сам Дмитрий не красовался перед ними княжеским убором, «своим золотым шеломом посвечивая», а переодевшись в доспехи простого воина, крушил супостата…
Но и Сергий не вдруг стал не только игуменом основанного им Троицкого монастыря, но и всей Русской земли. Вспомним картину «Видение отроку Варфоломею». Если он сокрушался, что ему недоступен смысл грамоты, и потребовалось слово старца, то что говорить о современных отроках.
Для меня самым глубоким литературным и философским осмыслением вселенского, космического миропорядка, божественного предназначения человека, как неотъемлемого элемента всего сущего, конечно же, явилась ода Г.Р. Державина «Бог», лучшее детище его поэтического гения да и всей литературы XVIII в. И не только русской: Бог соединяет собой все сущее в мире:

Ты цепь существ в Себе вмещаешь,
Ее содержишь и живишь;
Конец с началом сопрягаешь
И смертию живот даришь.

Всего 11 десятистишных строф, всего 489 слов-лексем, слов-концептов, а дают полное представление суть учения православия, учения как света понимания и раскрытия призыва «Да святится имя Твоё».
Ныне оппоненты Православия на место Богочеловека горделиво воздвигают человекобога, дабы порвать «цепь миров», в которой Державин отводил человеку роль звена: «Частица целой я вселенной, – скажет поэт и признает, обращаясь к Творцу: – И цепь существ связал всех мной».
Роль ректора-маэстро приоритетна и первопроходцем этого нынешний директор профессор В.Я. Никульшин не без пиетета называет имя Владимира Арсеньевича Чаплина.
Звучит-то, конечно, красиво: первопроходец… А на деле?… В прошлом купеческий городок встретил его грохотом крестьянских телег по булыжной мостовой (вот уж поистине «скрипят телеги, словно, распуганные лебеди»), пылью из-под копыт, полуразрушенными обезглавленными храмами.
И все же – не Папанин на льдине Северного полюса, получил ключи от трехэтажного школьного здания, как показалось, изысканной архитектуры, бывшей до революции гимназии госпожи Сатиной; да двухэтажного общежития по улице Украинской через дорогу от городского начальства.
Классы надо приспособить под аудитории, вместо парт нужна другая мебель, приборы, оборудование, учебники, художественная и научная литература, журналы, газеты, читальные залы, кабинеты…
А заготовка топлива… Необходим трактор. И за каждый кирпич, за каждый мешок цемента надо отчитаться, на все нужен документ… а то доброхоты с сомнительными предложениями уже крутятся возле здания… И, конечно же, набор студентов и кадры преподавателей, сотрудников.
У кого поучиться? Откуда почерпнуть опыт? Заграничным университетам по несколько сот лет, да и у «загнивающих» капиталистов учиться не будешь. Тамбовский пединститут, говорят, был основан по приказу самого Ленина даже как университет. За ним, как за МГУ не угнаться. А вот в Плодоовощной сходить не поленился.
Могучие плечи математика Федора Казаченко, белорусского казака с широченными усами оказались надежной опорой. И другой математик, философски настроенный Чаплин тоже толковый. А на студентов первого набора во всем можно положиться. Иван Форсункин, Иван Шурыгин, Алексей Кудряшов, Савицкий, Михаил Хабаров…
Два года пролетели кометой. Громадью планов не суждено было воплотиться в жизнь…

Война…
В военкомат пошли добровольцы с первого курса Алексей Кудряшов, Иван Форсункин, Николай Зацепин – всего 21 человек, из них 16 погибли. Патриотический порыв не угасал: 18 апреля 1942 года ушли добровольцами уже 48 студентов 2 курса, в том числе девушки Клавдия Караваева, Нина Коновалова, Любовь Бахарева, Анна Лазина, Раиса Борисова, Клавдия Гречишкина, Юлия Семенова, Муза Зуева и другие.
Стали солдатами многие преподаватели, работники и директор института – всего ушло на фронт 176 человек, из них 27 преподавателей и 149 студентов.
Мемориальная доска на здании напоминает, что в начале войны здание пединститута было подготовлено под госпиталь, студенты ухаживали за раненными бойцами.
Я, как и многие мои соратники и сослуживцы навсегда храню память о ветеранах войны, долгое время работавших в институте. Не забуду Б.А. Быстрова, биолога, ректора, бывшего разведчика, обнаружившего трупы Гитлера и Геббельса, о чем в свое время он подробно давал мне интервью-рассказ в течение нескольких встреч-сеансов и мною были опубликованы отрывки из повести; об этом читаем также в книгах писательницы Елены Ржевской, служившей в его группе переводчицей. Кстати, Б.А. Быстров работал ректором и в Плодоовощном институте им. И.В. Мичурина. Это была неординарная личность, его авторитет в городе был огромен, благодаря чему сумел заложить общежитие на улице Интернациональной и дом для преподавателей за зданием начфака. Помним и Н.К. Миттова, ученого, педагога, солдата, ректора, широкой души человека. Разве забыть, когда летом 1960 года из пионерлагеря я попал в карантин земской больницы, и он, проведав меня, принес банку клубничного варенья собственного изготовления. Мы знали, что он был храбрым воином, имел как боевые медали, так и благодарственные грамоты Верховного Главнокомандующего. Отмечу доцентов Р.П. Тарасова, А.И. Позднякова, А.Р. Монастырского А.С. Саранцева, а также В.Н. Казьмину, К.С. Евграфову. Помнится, как с группой юных поэтов объединения «Лесной Воронеж» мы пришли поздравить ветеранов войны накануне дня Победы, как радостно светились лица педагогов-ветеранов К.Н. Георга, М.П. Шульца, Н.И. Кочеткова, С.Г. Казьмина, А.М. Новикова, Г.Е. Бойченко, К.З. Журбина, А.П. Рогова.
Ныне встречаем лишь скромнейшего ветерана Алексея Петровича Рогова, артиллериста, встретившего день Победы в Австрии… Он родился в Никифоровской деревне Топиловка, всю жизнь проработал на кафедре истории лаборантом, преподавателем, ездил с нами на целину и любую работу исполнял самоотверженно. Мы знали, что отец его, крестьянин Петр Захарович, и мать, Марфа Федоровна, души в нем не чаяли, ибо из четверых в живых остался один… Глядя на ветеранов, мы учились у них жизни…
Хотелось бы вспомнить Алексея Михайловича Магницкого. Несколько выше среднего роста, худощав; слова произносил редко, отрывисто, четко, правильно, несколько налегая на звук «р», немного с хрипотцой, никогда не отступал от норм орфоэпии; Малый театр и центральное радио в этом были для него эталоном. Зимой и летом ходил он в сером выцветшем длинном каком-то прорезиненном плаще, в латанных-перелатанных ботинках с галошами в любую погоду – везде одинаково: на занятиях и на сельхозработах. Студенты не любили его за педантизм, добровольно не записывались к нему на педпрактику: он требовал на память знать тему и номер параграфа, особенно при задании на дом. Для чего?
Во-первых, я попал к нему на педпрактику, во-вторых, он был назначен куратором группы. Вот пришли раз группой мы на первый урок к практикантке. Ученики были невнимательны, отвечали невпопад; студентка тушевалась, урока не получилось.
При анализе выступал каждый студент, мы старались найти хоть что-то, за что можно зацепиться и отметить. А затем Алексей Михайлович обращается к виновнице: – Какую цель ставила и как удалось её осуществить?
Студентка, едва сдерживая слезы, отвечает, что урока у неё не получилось и моменты урока она не выдержала…
И тогда Алексей Михайлович сказал: – Запомните, это вам первый урок. Всю жизнь будут приходить к вам на уроки коллеги, завучи, директора, инспектора и все будут указывать недостатки. Важно сказать, не что у вас не получилось, а что получилось, уметь отстоять себя, защитить себя. И начал говорить об уроке, как она активизировала ребят, знает класс и понуждает его работать. И сказал, что учитывая, что это первый в жизни урок, оценивает его на «отлично».
Студентка расплакалась, не согласилась с оценкой и просила дать ей возможность провести еще отдельный урок.
Все мы зауважали студентку за ее скромность, а более нашего методиста Алексея Михайловича Магницкого.
Преподал он нам другой урок.
Наш однокурсник Женя Яковлев совершил проступок. Отмечая в общежитии день рождения, повздорили, подрались, к тому же разбили раковину в умывальнике.
Вселенский скандал. На стол ректору Быстрову легла докладная. Последовал приказ. Мы обратились с петицией обсудить произошедшее на собрании. Мы пригласили Магницкого. Что делать, как спасти. Мораль читать уже бесполезно.
И Магницкий изрек: единственный выход, Жене смирить гордыню и уповать на инвалидность – Женя ходил на костылях и протезах.
Меня назначили и прокурором и адвокатом вместе. Допоздна сидел я в библиотеке, штудировал Кони, Плевако и продумывал речь.
Исключили из института двух биофаковцев.
Дошла буря до нас. Шеф молчал. Кто выступит? Я вышел. Это была аудитория № 30 зал замер. Быстров сидел в президиуме. – Я обрушился на Яковлева с такой яростью, будто он не раковину разбил, а общежитие подорвал… Зал загудел – не согласны. Я заверил, что это впервые… Во-вторых, юноши химбиофака поступят на завод и заработают кусок хлеба. А Женя Яковлев? Вы посмотрите, может ли он к станку? Я взял его костыли, стучу костылями, можем ли мы быть бездушны к этому человеку? Предлагаю предупредить и если повторится, то тогда принять более строгие меры.
И в годы войны институт продолжал осуществлять свое прямое предназначение: прием в институт увеличивался с каждым годом: в 1941 году было 205 первокурсников, в 1942 – 214, в 1943 – 300.
В 1944 году было открыто заочное отделение, на которое принято 198 человек.
В 1945 году открылась историческое отделение.
В 1952 году Мичуринский учительский институт был преобразован в педагогический с тремя факультетами: русского языка и литературы; физико-математическим; биологии и химии. Все размещались в главном корпусе. В 1955 году наш физмат был переведен в тамбовский институт, а к нам из Тамбова – естфак. Факультет русского языка и литературы был переведен в здание бывшего педучилища на улице Филиппова. Была создана агробиостанция.
В 1956–57 гг. вводится вторая специальность с пятилетним сроком обучения, факультеты стали называться историко-филологический; биологии, химии и основ сельского хозяйства.
Все эти и последующие реорганизации осуществлялись в соответствии с Законом об образовании, с постановлениями Правительства.
С того самого июльского дня пятьдесят шестого года и связал я свою судьбу с пединститутом.
Хорошо запомнилось 1-е сентября 1956 года Митинг на факультете. Актовый зал набит до отказа, это наша «сельская изба-читальня». В редкие дни кинопоказ. Среди старшекурсников заметно выделялся Костя Матушкин, участник войны, поэт; Андрей Сонин, тоже человек бывалый; высокорослый Коля Подлеснов и тоже поэт, уже «себя под Есениным чистит», старается походить на кумира даже непослушной, спадающей на глаз челкой соломенного чубчика, которую всякий раз вынужден поправлять неспешным наигранным театральным жестом пятерки-лопаты, а чаще инстинктивным кивком головы, отчего у моей однокурсницы, высокой миловидной Раи Горбуновой из Сосновки всякий раз ярче проступал румянец на щеках – ну как тут оставаться спокойным…
Но сейчас речь не об этом…
Новый декан факультета Николай Карлович Миттов даже первокурсников, в особенности юношей, всех знает не только по фамилии, но даже по именам. Удивляемся: выучил на зубок, какая память! Вот он сообщает: новая дисциплина «история» утверждена также в качестве основной и отныне факультет будет именоваться не «литфак», а «историко-филологический» и переходит на пятилетний срок обучения. В гуле то ли одобрения, то ли разочарования – а скорее, и то и другое, потонула эта новость. Осознавали ли мы тогда историчность момента? Предполагали ли, что жизнь преподнесет ещё не один сюрприз?..
Но вот на сцену тяжеловатой походкой поднимается новый оратор в просторном белом чесучовом костюме, почтенного возраста, могучего роста, с белой шапкой редеющих волос, смотрит раскосо, стараясь взглядом обаять весь зал и одарить доброжелательной улыбкой. Это был зав. кафедрой литературы профессор Александр Михайлович Красноусов, личность удивительная, если не легендарная, так и оставшаяся для нас во многом неразгаданной.
Громко говорит о предназначении учителя и заканчивает некрасовским стихом: «Сейте разумное, доброе вечное…». Следом именно он прочитает нам, первокурсникам, самую первую и потому самую запомнившуюся лекцию по русскому устному народному творчеству. Декан то ли хотел нас удивить, то ли угодить почтенному лектору, выделив самую лучшую 19-ю аудиторию.
Из того ли то из города из Мурома,
Из того ли то села да Карачарова, – гремел его голос и кажется был слышен в самых отдаленных аудиториях двух этажей.
Забегая вперед, скажу, что на старшем курсе он будет вести у нас «методику преподавания литературы». Знал ли он предмет? Ещё как! Его монография «Очерки истории методики преподавания литературы в 20-е годы» издана в столице и не потеряла актуальности доныне.
Знали, что А.М. Красноусов работал и над темой «Русские писатели и религия». Невежественную формулу оголтелых атеистов «бога нет – и баста» принять он не мог, ратовал за научный атеизм, основанный, прежде всего, на глубоком знании библейских текстов, «Библия» была его настольной книгой, он часто цитировал её на память. Казалось, что возможность издания такой книги была нулевой.
Но не таков Александр Михайлович. И вот как-то уже по окончании института в коридоре основного здания на ул.Гоголевской встречаю двух друзей, вечных оппонентов: его и А.Р. Монастырского. Наперебой засыпают вопросами, интересуются моей работой, моими публикациями в местных и областных газетах и даже в «Комсомольской правде» и в «Литературной России», словно отчитываясь передо мной, и меня удивляют. А.М. Красноусов: «В издательстве «Просвещение» вышла, наконец, моя книжка «Русские писатели в борьбе с религией», подписывает мне автограф и взрывается. – А ведь не печатали!»
Догадываюсь, Анатолий Рафаилович непременно съязвит и вставит в пику свое едкое замечание:
– У меня тоже вышла монография о Демьяне Бедном. Правда, в Воронеже. Но уже без нажима сверху… – И тоже оставляет мне автограф.
В этой истории, пожалуй, самым загадочным для меня был такой штрих. В столичном журнале «Литература в школе» напечатана была разгромная рецензия, о его труде мол, в книжке не борьба с религией, а насаждение религии. Скандал, да и только. А ему хоть бы что, он сам сообщал об этом с таким жаром, будто его не ругают, а награждают Патриаршей грамотой.
А может что-то предвидел, много на своем веку повидавший мудрый человек. Даром ли со своим сопроводительным письмом отправил меня в Москву к знатоку религии профессору А.В.Позднееву, которому сразу присудили докторскую степень за его труд «Русский духовный стих»… Вот и ссыльного епископа Луку Ясенецкого отметили Сталинской премией. Времена меняются… так уж совпало, а может, тоже не случайно – и похоронен он невдалеке от храма Всех скорбящих радосте.
Не только у нас помнят этого недюжинного ученого и незаурядного человека, но и на Алтае, где он работал вместе со знаменитым Топоровым, педагогом и писателем, автором выстраданной им книги «Крестьяне о писателях», которую высоко ценил Максим Горький. Его, Красноусова, почитают и в средней Азии, где он открывал университеты и был первым ректором Самаркандского университета.
Среди студентов служба в армии, органах внутренних дел и госбезопасности была в почете, иные и связали с ними свою судьбу: В. Кривошеев; В. Кожаринов, А. Объедков, С. Голованчиков… Многие офицеры поступали на заочное отделение института и, скажу, преуспели в этом. Назову для примера А.И. Карандеева, ныне начальника вневедомственной охраны г. Мичуринска.
Начиная с военных лет институт шефствовал над моряками-кочевниками Балтики. Это особая страница истории, отраженная в нашем музее. В 1989 году во время перестройки мне с двумя отличницами начфака посчастливилось побывать на ракетном катере «Мичуринский комсомолец» и даже посетить такой же катер «Бурун» во время боевого дежурства. Капитан пытался читать мне сочиненные для сына мудрые сказки, но сирена всякий раз прерывала чтение, объявляя тревогу: натовская авиация проводила учения близ границы; всякий раз, когда точка на экране приближалась к нашей границе, расчехлялись ракеты и начинался отсчет. Точка делала разворот и ракета возвращалась в исходное положение. Так вот она тревожная служба боевых моряков на границе, чтобы мы мирно учились, зная, что есть надежная защита.
На Балктике хорошо знали студентов-шефов и их вдохновительницу Л.В. Лаврову.
Трижды, в 1956, 57 и 58 годах студенты отличались на уборке целинного урожая в Казахстане, многие отмечены правительственными наградами – К.Н. Георг, Т.И. Мячина, Ю.Д. Щекотов, А.П. Рогов, А.А. Рязанов, Т.В. Самохвалова, другие были награждены знаками ЦК ВЛКСМ и грамотами Актюбинского обкома комсомола, совхоза «Яйсанский». Мне посчастливилось дважды принимать участие в этом грандиозном событии после 1-го и 2-го курсов. Газета «Комсомольская правда» в августе 1957 года посвятила мичуринским студентам целый подвал: «Там, где заколосятся поля» (автор В. Мещеряков); мною был освоен жанр «Письма с целины» («Мичуринская правда», «Комсомольская знамя», «Колхозная правда»).
Память периодически возвращает к этим незабываемым дням, когда мы ощущали свою причастность к большому делу. Еще не все сказано о моих – друзьях А. Добрынине, Н. Подлеснов, В. Скворцове, Е. Старикове, А. Словягине, С. Завязкине, А. Балабаеве, В. Полевом, И. Печенкине, К. Каргальцевой, Л. Назаровой.
Много клеветников России, особенно из тех, кто сам не побывал ни на целине, ни в стройотрядах, в последнее время пытается очернить и эту страницу истории. А эту славную трудовую традицию наши студенты продолжали в 70–80-е гг., участвуя в строительных и сельхозотрядах, среди активистов движения были В. Кривошеев, Б Кинжалов, В. Козырев, В. Журавлев, И.Платицын, Г. Баудер, Н. Сухоруков. Об этом тепло вспоминает завуч средней школы №49 г. Жердевка В.М. Остроухов, выпускник факультета биологии и химии: «Осенью на втором курсе работали в колхозе, в селе Хмелевом, собирали картошку, за месяц дали 50 га картошки, мы управились за 19 дней; летом в стройотряде «Юный химик» 200 человек работали на Уваровском химзаводе. Приходишь к выводу, что студенческие годы – самые лучшие годы жизни, трудные, счастливые, ответственные, содержательные, интересные…».
Подтверждаю и как целинник, и как стройотрядовец – в семидесятом ездил комиссаром интернационального студенческого отряда в ГДР строить дорогу Лейпциг-Берлин, и как декан, много занимавшийся подбором бойцов, ездивший вместе с проректором Г.Н. Самохваловым по местам дислокации отрядов, так оно и было. Остроухов пишет сущую истину.
Преподаватели наши работали за рубежом: В.И. Козырев в Египте, Ираке и США, А.Я. Баудер – в Германии, Ю.Д. Щекотов – в Польше, А.Ф. Зверев – на Кубе, Л.Я. Яриновская, И.П. Печенкин и азъ многогрешный – в Болгарии. Особенно активно этой работой занимается кафедра иностранных языков: преподаватели много практикуются и в качестве переводчиков, со студентами и учащимися гимназии ездили на стажировку. Больших успехов в этом деле преуспели преподаватели Т.С. Мордасова, Г.М. Кретинина, доцент Л.Г. Попова.
История института отразилась в судьбе многих достойных людей. Работал у нас замечательный психолог А.П. Полянский, начинавший когда-то еще в Новиковском педучилище, а потом его дочь Ирина Алексеевна, знаток истории России. На всю жизнь связала свою работу с биофаком профессор Е.С. Черненко, замечательный ученый, журналист-краевед; К.Л. Мартьянова, доцент-биолог, поэтическая душа; И.М. Голубев, доктор наук, профессор; доценты М.К. Скрипникова, а также Л.Г. Корнева, В.И. Щеголев, Л.И. Касандрова, Л.Ф. Скрылева – зоологи от Бога А.Д. Скрылев, призер и чемпион соревнований, зав. кафедрой организатор спортивной жизни института; М.И. Матвеев, политолог, И.К. Колотев, вдумчивый философ; замечательные методисты В.К. Орлова, Н.Н. Пачина, В.И. Гусева, Н.И. Кулакова, В.И. Евсюкова, В.Е. Кондрус, опытные доценты Р.П. и Е.М. Тарасовы, В.Н. Калашников, И.В. Чекунов, И.В. Сидорова, Т.В. Зацепина, Л.В. Дроздова, Л.Ю. Шишкина.
На рубеже тысячелетий институт изо всех сил старался выжить – это значит надо было обеспечить потребность школы в учителях, готовить знающих свое дело специалистов. Вот почему факультеты осваивают дополнительные специальности, они в школах на вес золота. Биофак – дополнительно химию и основы фермерского дела; начфак – математику, биологию, иностранные языки, основы православной культуры в неполной средней школе; филфак – историю, иностранные языки, журналистику… Это и есть система мобильного профилирования на основе изучения рынка образовательных услуг.
Нельзя не сказать о нашей биостанции. Помню, учась в Москве, наблюдал: чтобы студентам-биологам поймать бабочку или посмотреть папоротник в лесу (о сборе гербария уж не и говорю!) надо прерывать занятия на неделю и ехать за город; у нас же – если в расписании «стоят» два часа, успевает преподаватель с группой и в Панский лес сходить, и на биостанции побывать, а проворный студент еще и в речке выкупаться. И у нас закрывать биофак! Тогда где же его открывать-то? Здесь вся Мичуринская наука, осваивай, не ленись только! И на биофаке вкалывают! Назову лишь студентов (теперь-то уже бывших) А. Соловченко, А. Околелова, соросовских стипендиатов.
На биостанции в 6,5 га – 60 сортов яблонь; кафедра ботаники поддерживает связь не только с мичуринскими научными учреждениями, но и заповедником Воронежского университета – «Галичья гора», Ярковским лесничеством, кафедра зоологии (зав. – доцент Л.Ф. Скрылева, продолжавшая традиции Е.В. Молева, Л.И. Касандровой, В.И. Щеголева) успешно ведет инновационное обучение, выпустила работу «Позвоночные животные Тамбовской области», подготовила Красную книгу области, вносит вклад в решение природоохранительной экологической проблемы.
На факультете ПИМНО тоже кипит работа: кафедра математики и информатики работает над применением основных понятий теории вероятности и математической статистики в биологии и химии (простор для межпредметных связей!), занимается разработкой и внедрением информационных технологий в высшее образование. Для этого используются возможности лаборатории вычислительной техники и фонд программно-педагогических средств на кафедрах русского языка, биологии; ЭВМ используется студентами, аспирантами и преподавателями в научной работе: на кафедрах, в деканатах, в бухгалтерии.
Кафедра педагогики, психологии и методик начального и дошкольного обучения, которой долгое время заведовали доценты А.А. Алякринская, Т.Т. Шмырева, Ю.Д. Щекотов, разрабатывала научные темы «Совершенствование подготовки учителя начальных классов» и «Совершенствование эстетического воспитания студентов в учебно-воспитательном процессе». Ныне это кафедра теории и технологии дошкольного и начального образования (зав. – Е.В. Кирпичева), принявшая активное участие и организации (впрочем, как и другие кафедры института) во II Владимирских духовно-просветительских чтениях «Князь Владимир. Цивилизационный выбор Руси» 11 ноября 2014 года.
Кафедра педагогической лингвистики, которой заведовала Е.В. Алтабаева, ученица Московского профессора П.А. Леканта, выросшая до доктора филологических наук, профессора, успешно разработала теоретические и методические аспекты функционирования языковых единиц в тексте; провела ряд международных научных конференций по лингвистике с выпуском сборников материалов.
Деканат долгое время возглавлял профессор В.Я. Никульшин (ныне директор Социально-педагогического института), стараниями которого факультет в свое время поддержал и ввел прогрессивную программу по музыке Д.Б. Кабалевского; проводились ежегодные «Недели музыки», приглашались ученые страны, такие, как член-корреспондент АН М.Р. Львов, автор вузовского учебника по психологии профессор А.А. Люблинская, автор «Букваря» В.А. Кирюшкин…
Мой родной филологический факультет располагается в двухэтажном здании по ул. Филлипова (Монастырской), 45. Здание за свою неказистую архитектуру нередко бывало мишенью факультетских остряков, но, как говорится, не красна изба углами, Все же в общий ансамбль улицы Филиппова и города оно вписывается органично и особенно хорошо просматривается со стороны реки Лесной Воронеж, не заслоняя красоты города и его храмов, а мне так напоминает набережные постройки Твери со стороны Волги и Санкт-Петербург со стороны Васильевского острова. Летом в раскрытые окна доносится аромат садов набережного посада, речная прохлада, радует глаз красота Панского леса; аудитории удобны для занятий, а главное, занятия идут в одну смену.
На факультете работали известные ученые, доктора наук И.М. Фрадкин, И.Я. Лернер, В.В. Бабайцева (у которых мне посчастливилось учиться!), В.Н. Аношкина, А.Я. Баудер, А.А. Бельский, писатель Н.К. Горбунов, профессор А.М. Красноусов, доценты Е.А. Касаткина, А.Р. Монастырский.
Назову докторов наук, профессоров, которые приумножили славу факультета: Т.В. Маркелова, Л.Г. Попова, С.В. Еловская, В.И. Козырев, П.А. Гончаров, Е.В. Алтабаева, В.В. Химик, Т.П. Нестерова, Н.М. Муравьева, Е.Н. Федосеева.
В разное время деканами факультета работали И.П. Свиряев, Н.К. Миттов, А.П. Чернова, И.В. Чекунов, Ф.В. Попов, Е.Б. Колыханова (за ней носил четыре года эту нелегкую «шапку» азъ многогрешный), Ю.Д. Щекотов, Т.В. Маркелова, П.А. Гончаров, С.С. Кудрявкин.
Запомнились, наверное, не мне одному, периоды аттестации. Это всегда экзамен и для студентов и для их наставников. Не было ни одной проверки без посещения моих лекции по древнерусской литературе. Помню, в одну из таких проверок мне поставили лекции через день, в обычное-то время в деканате лишнего часа не выпросишь, и я успел вычитать все по программе и распрощаться со студентами до экзаменов, но поздно вечером из ректората предупреждают: завтра ко мне на первой паре придет на открытую лекцию председатель комиссии д.фил.н., проф. Н.Г. Блохина. В расписании – свободная пара; время позднее; мобильников еще не было. Как собрать студентов? Какую тему дать, чтобы не повторяться? С Божьей помощью, все разрешилось. О моей лекции «Библия и древнерусская литература» на Ученом совете пелись дифирамбы, мне даже было неловко слушать… Но так было.
Да я ли один в приподнятом волнении.
Кипит институт, кипят кафедры.
По всем предметам идут контрольные работы. По четкости научной и научно-методической работы кафедре русского языка нет равных, Помню, ректором Г.Л. Чернышовым была поставлена задача: поднять процент остепененности на кафедрах. Секрет В.И. Козырева прост: создавать условия…
И через короткое время здесь защитили диссертации тогда еще молодые преподаватели А.И. Черенков, В.В. Ващук, Н.Ю. Широлапова, А.В. Логинов, А.В. Титова, Н.В. Черникова…
И это благодаря тесной связи с Московскими и Тамбовским университетом…
Опыт преподавания, научный потенциал кафедры литературы, организация научных конференций, литературный праздников на родине Е.А. Боратынского в Маре Уметского района, журналиста и издателя XVIII века И.Г. Рахманинова на его родине в селе Старая Казинка Мичуринского района, выпуск сборников «Венок Боратынскому», «И.Г. Рахманинов и русская журналистика», «Козловъ-Мичуринск» (6 выпусков), монографии и методические пособия, выпущенные В.Е. Андреевым, Н.Н. Зверевым, Е.Л. Пилипюк, А.А. Земляковской, Т.А. Чекуновой, Т.П. Нестеровой, С.С. Кудрявкиным, Н.В. Кудрявкиной, В.И. Матушкиной, И.В. Поповой, Е.Н. Федосеевой, подготовка научной конференции «Пушкин и Боратынский»:
К 200-летию поэтов, ежегодные Пушкинские праздники в день рождение поэта в городском парке культуры и отдыха, возложение венка к памятному знаку равноапостольным святым Кириллу и Мефодию, участие в Питиримовских духовно-образовательных чтениях, международных Рождественских и Глинских чтениях в Москве и других городах России – все это, получившее высокую оценку в прессе, местной и центральной, не проходит бесследно, как и встречи в стенах факультета с видными учеными Х.К. Кор-Оглы, С.Б. Машеевым, В.Н. Озмитель, Я.С. Билинкисом, З.Я. Рез, Я.И. Гудошниковым, А.И. Журавлевой, В.Г. Руделевым, Н.Л. Потаниной, Л.В. Поляковой, Н.Г. Блохиной, Н.А. Кожевниковой, П.А. Лекантом, Г.П. Климовой; с писателями М. Дудиным, Ю. Шесталовым, М. Агашиной, М. Румянцевой, С. Милосердовым, И. Кучиным, А. Шилиным, С. Бирюковым, И. Овсянниковым, В. Дорожкиной, Б. Пановым, В. Кострикиным, В. Аршанским, П. Герасиным, В. Малаховым.
Мы гордимся своей землячкой М.А. Белаховой, автором многих художественных книг, редактором журнала «Детская литература», которая училась в нашем здании в 1919–1921 гг. в Козловском педагогическом техникуме, который закончила с отличием и была направлена на работу в детский дом.
Много наших выпускников, преподавателей стали видными людьми: профессор В.Н. Аношкина, В.В. Бабайцева, Т.В. Маркелова, В.В. Химик, Н.Г. Блохина – авторы учебников для школ и вузов, В.П. Журавлев – редактор издательства «Просвещение», И.П. Печенкин, И.Г. Осетров возглавили кафедры в Брянске и Смоленске, Г.Г. Шмырева – во Владимире, Ю.С. Долгов – в Могилеве.
А сколько отдали сил и душевного тепла общественной профсоюзной работе В.И. Алексеева, В.Я. Никульшин, Л.П. Петрищева, Т.А. Щиковец.
Ветеранскую организацию в разное время возглавляли Ю.Д. Щекотов, А.А. Попова, В.И. Попков.
Проводятся предметные недели, они обогащают знания и впечатления питомцев, раскрывают их творческие способности, формируют профессиональные навыки.
А отдача? Конечно есть. Перечислять наших известных выпускников – не хватит и месяца, но о заслуженных учителях России И.Н. Абрамовой, С.И. Завязкине, А.В. Бодрых, В.Е. Тонких, Т.Д. Коновой, К.А. Кушелевской, Н.Г. Моисеевой, В.Н. Малаховой, Н.И. Ралдугиной, как и о Э.С. Кулешевском, В.М. Круглове, А.В. Лежневе, Н.М. Сухорукове не сказать нельзя, каждый из них – это история нашей педагогики, культуры. Они пишут книги, открывают музеи, учат не только детей, но и наших студентов во время педагогической практики.
О выпускниках химбиофака В.Н. Яценко, М.О. Корневе надо писать особо, ибо они вписали свою страницу в новую историю Тамбовщины, являясь депутатами областной думы М. Корнев, объединяя знания по сельскому хозяйству, новейшей экономике, политике и культуре, успешно развивает бизнес, интегрируясь в международную практику передовых сельскохозяйственных технологий, создав крупнейший в России холдинг «Корнев-групп».
Особый разговор о дипломных работах, которые ныне стали обязательными, свидетельствующими о повышении самостоятельности и творческой активности выпускников. Скажу лишь, что на кафедрах был накоплен опыт подобной практики задолго до этого и потому переход к университетской форме аттестации оказался безболезненным.
Мой рассказ был бы неполным без хотя бы упоминания о проблемах лабораториях по экологии, по педагогике высшей школы, психологии, об открытии новой специализации основ православной культуры и домовой церкви равноапостольных святых Кирилла и Мефодия.
Игровые формы проведения семинаров «Синегория» по обучению студентов навыкам работы вожатыми в летних детских оздоровительных лагерях, как и вдохновитель этой сказки на Яву доцент И.В. Чекунов, запомнились многим поколениям студентов. Кафедрой педагогики и психологии (заведующие – проф. М.П. Шульц, доценты И.В. Чекунов, Т.В. Невзорова, Е.В. Корепанова) накоплен бесценный опыт по воспитанию любви к профессии…
Работа кафедр с гимназией, со школами № 2, 4, с Дубовской и Избердеевской школами Петровского района, с филиалом института усовершенствования учителей, с музеями, театром, редакциями газет – отдельная веха.

Каждый стремится выразить себя, помня старый девиз: сердце отдай любимой, жизнь – отечеству, душу – Господу, славу – институту, а честь – оставь себе.

Студенты эту честь завоевывают и на занятиях по основной и дополнительной специальностям, и в отделениях дополнительного педагогического образования, которые назывались раньше ФОПом… У его истоков стояла подвижница Р.Г. Крестинина, потом руководители Л.Ф. Скрылева, Т.В. Невзорова, Н.Н. Зверев, Л.Г. Яськова, С.В. Еловская.
Особо следовало бы рассказать о воспитании чувства патриотизма, прежде всего, с помощью разысканий историко-краеведческого характера, отраженных в сборниках кафедры истории (зав. доц. И.В. Сидорова) и их авторах – доцентах И.В. Сидоровой, Г.А. Рожкове, А.С. Мелехове, А.И. Саркисове, Н.М. Попове, А.С. Трусовой, А.С. Попове, А.В. Зацепине, ст. препод. Д.В. Ралдугине.

michurinsk2

Талантливых, знающих ждут в школах.
А когда есть доброе сердце, горячее стремление взяться за любое дело, то и любые трудности будут преодолены.
В июле студенты сдают последние госэкзамены, «госы», демонстрируют реализованные за годы учебы возможности, приобретенные умения размышлять, мыслить критически, неординарно. Получают дипломы и разъезжаются по школам сеять разумное, доброе, вечное. Они запомнят «картошку», первый концерт, коллоквиум, зачет. Покидают они свою путевую пристань, общежития, прочерчивая то яркий, то менее заметный след, а на их место приходят робкие абитуриенты.
Настанет день Знаний, и они примут клятву на верность школе, символический ключ от науки, зачетку и студенческий билет. И опять повторится все сначала: «картошка» проверит, кто чего стоит, смотры-конкурсы первокурсников высветят таланты, практика в школе утвердит верность избранного пути.
Просится сопоставление этого процесса с вечнообновляющимся древом, сбросит оно листву в октябре и осиротеет, чтобы с наступлением весны вновь весело зашуметь густой кроной. Может, это подходит к институту, но справедливо ли по отношению к выпускникам? Разве похожи они на разметаемую ветром листву? Не будет ли уместнее менее хромающее сравнение с гнездом, откуда вылетают птицы? Они укрепляют крылья для дальнего полета. Одни успевают набрать высоту в институте, других – поднимает сама жизнь.
Впрочем, все повторится сначала, а всякий раз по-другому, по-новому. Особенно ныне, когда пединститут стал подразделением аграрного университета и называется социально-педагогический. Значит, прибавляется функций, забот, ответственности. Возглавил его опытнейший, старейший педагог (по стажу – не по возрасту) профессор Валентин Яковлевич Никульшин. Мудрость руководителя не в том, что все способен взвалить на собственные плечи, а в том, что умеет подобрать умных, знающих, компетентных, креативных помощников. А доценты Любовь Петровна Петрищева и Сергей Серафимович Кудрявкин именно таковы, опытные, деловые, работоспособные, перспективные.
В общем Социально-педагогический институт встречает юбилей родного Мичуринского аграрного университета обновленным, умудренным опытом прежней деятельности.

С юбилеем, гордость Российской аграрной науки, обогащенный социально гуманитарной и патриотической составляющей!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *