Елена ОСМИНКИНА
Филолог, поэт, публицист, критик. Член Союза писателей России c 2012 года. Заслуженный деятель искусств Республики Крым, лауреат Государственной премии Республики Крым в номинации «Литература».
Лауреат международных и всероссийских литературных премий и конкурсов, в том числе издания «Российский писатель» в номинации «Поэзия» (Москва), Всероссийской литературной премии им. Н. Гумилёва (Москва) и литературной Пушкинской премии (Крым), международных литературных конкурсов им. А. Крылова (Санкт-Петербург), им. А. Куприна (Крым). Автор 11 книг и более 600 публикаций в московских и различных региональных изданиях Российской Федерации.
Утро
Ветру о чём-то шептали
Всё ещё сонные листья,
Утро лазоревой кистью
Стало расписывать дали
И разгорается споро,
Духоподъёмно, отважно.
И ощущается важным
Каждая краска для взора,
Каждая мысль и мгновенье,
Предвосхищённое слово.
Кажется: небо готово
Всех одарить откровеньем
С горних далёких просторов,
Чтоб сонастроились души,
Музыку сфер не нарушив,
В раннем немом разговоре.
Душа
Как радела, болела душа,
Как она замирала тоскливо!
За душой, говорят, ни гроша –
Ей бы только быть вольно счастливой.
Ей бы только взлететь высоко,
Воспарить белокрылою птицей,
Но в телесных цепях нелегко
Светом ярким зажечься на лицах.
Человека спасала от стрел
Лжи и зависти, жадности, страха,
Чтоб итогом всех праведных дел
В Cудный день он воскрес бы из праха.
Золотой осой звенело лето,
И медовых дней не исчерпать,
И поило васильковым цветом
Небушко земную благодать.
В лоне бело-розовых рассветов
Новых дней благая череда
Нарождалась, продлевая лето,
Оставаясь в строчках навсегда.
И воспоминаний эхо будет
Звонко вторить против злых невзгод,
Сохраняя и любовь, и мудрость,
И стихов безудержных полёт.
Молитва
Быть откровенною с собой,
чтоб сердцем искренне и чисто
вдруг на молитве у Пречистой
подняться над своей судьбой,
открывшись истинам простым,
где пуповина мира – сердце,
где лишь на шаг от жизни, смерти
и рядом – с именем святым.
Как исповедь свою начать,
сквозь кокон мыслей пробиваясь?!
И только чувствам отдаваясь,
я с губ немых сорву печать…
Молитва дарит, словно скит,
покой душе, надежду, веру
и в глубину небесной сферы
незримо, тихо отлетит…
Стрекозой присело лето
На макушку октября,
Всю пронизанную светом,
В листьях цвета янтаря.
Но недолго задержалось
Бабье лето, и дожди
Зарядили – вот ведь жалость!
Нет просвета впереди!
Сырость выткала туманы,
И пропала неба синь,
Вечера стучатся рано
В дом продрогший. Всюду стынь.
Бабье лето стрекозою
Покружило впопыхах,
Отлетело, но строкою
Золотится след в стихах.
Встреча с Арбатом
Октябрь… Листвы мольба…
Задумчивый Арбат,
приветствую тебя,
домов старинных ряд.
Вот в этом коротал
поэт в метельный вой
свой день, когда писал
онегинской строфой.
А рядом дом хранит
от Белого привет,
магическую нить:
и письма, и портрет.
И в рост, из бронзы весь,
воспевший свой Арбат,
жив Окуджава здесь
вне временны́х преград…
Места Арбата – вдох
и выдох давних лет,
дыханием эпох
навеянный привет.
И опять в Москве несмело
Утверждается зима:
То рисует дали мелом,
То теряет свой размах.
Среди зимней карусели
Ощущаю терпкость дней
В заварухе из метелей
Или в россыпях дождей.
Серебрится серпик лунный,
Гасит ночь закат-огонь,
И узор снежинок рунный
Опустился на ладонь,
Примиряя с мыслью этой:
Репетиций в жизни нет,
Сразу набело на свете
За собой оставишь след.
Треплет бродяга-ветер
Пряди осин, берёз.
День уходящий светел
Белым букетом роз.
Старый Арбат встревожен
Маревом тишины,
Может быть, чем-то гложут
Прошлого тени-сны?
Я не сбиваюсь с ритма
Тихих своих шагов
Вдоль фонарей, как свиты,
Вдоль старины домов.
Дует бродяга-ветер
В белый букет из роз,
День уходящий светом
В память мою пророс.
Немота торжественная снега
Поселилась в городе моём.
Всё пространство в белоснежной неге:
И дворы, и скверов окоём,
Площади, скамейки, переулки,
Кроны и деревьев, и кустов.
Даже звон часов вокзальный гулкий
Утонул в бездонности снегов.
