Лучшие страницы. Рассказ

– Витек, а, Витек! – позвала жена. – Ты книжку купил, а в ней страниц 40 не хватает.
– Как не хватает, – отозвалась «половинка».
– Вот, сволочи. Вроде бы издана неплохо. Хотя и самиздат, и переплет шикарный, с тиснением.
Супруга профсоюзного лидера областного масштаба держала в руках самиздатовский томик Джеймса Чейза – по тем временам вещь редкую.
– Дай-ка мне ее, малыш, – так ласково он называл супругу, тем более момент был подходящий. За потраченные впустую денежки могли и спросить.
Жена протянула увесистое сочинение мужу. Он повертел детектив в руках, отыскал нужную страницу, с которой обнаруживались пропуски текста. А текст отсутствовал со 120 по 164 страницу, включительно.
– Солидный кусок пропущен, а может здесь по смыслу все нормально, просто ошиблись с нумерацией станиц, – проявил смекалку супруг.
Известно давно, что в первые минуты нам всегда хочется думать о людях лучше, чем в последующие часы, после того, как мы окончательно убедимся, что нас просто надули. Профсоюзный «босс» стал вчитываться в текст и воскликнул:
– Слушай, здесь речь идет о красивой машине, на которой подъехали две роскошные блондинки к какому-то бару.
– Ну и что дальше? – спросила супруга.
– А дальше к ним подсаживается какой-то господин, по-видимому, их знакомый, или приятель одной из «крошек». Скорее всего, приятель «мамочки». Вторая-то, похоже, дочкой оказалась.
– Ну и что из этого? А что, на 164 странице – это продолжение диалога? – выхватила книгу из рук мужа напористая супруга, уже начавшая в душе жалеть уплывшие, скорее всего, денежки. Чувство интуиции ее подводило крайне редко. И тут она стала читать вслух: «Тащи его в угол, Дик. Он еще жив. Закрой рот скотчем. Дай мне наручники. Его надо привязать к батарее».
– Это что за чушь, дорогой? А дальше, наверное, утюг принесут. Это что за триллер – типа «Братан-1», а может «Томми+»? Что за ерунду ты приобрел? Куда ты смотрел? Ну, ты даешь, голубчик! Я бы такую ерунду никогда не купила. Деньги на ветер.
Она небрежно бросила книжку на кресло и пошла на кухню, разогревать обед. Диалог происходил в воскресный день.
Витёк с утра сбегал на «яму» – так в районе железнодорожной станции «Сортировка» называлась книжная «толкучка», где он с удовольствием приобретал книги диссидентствущей русской диаспоры. Малознакомый «жучок» подвел его к одному из книжных развалов, где солидный мужчина интеллигентного вида, скорее всего из жидо-массонской социальной прослойки и предложил ему это «замечательное произведение», за которое он выложил приличную сумму.
Муженьку стало не до обеда. Про себя он начал рассуждать: как это могло случиться, как он смог так «обмишуриться»… Стал вспоминать, где еще его так надували. Всплыло несколько картин примитивного жульничества. Довспоминался аж до изжоги.
– Виктор, кушать, – позвала его к столу супруга.
– Спасибо, милая. Я лучше пойду, позанимаюсь. Как-то не до обеда.
И он ушел в свой скромный кабинетчик, площадью с хрущевскую кухню. Там он быстро открыл футляр пишущей машинки и начал стучать по клавиатуре. Ему пришла в голову дерзкая идея – описать исчезнувшие страницы, а точнее, допечатать, вклеить и продать, а по возможности, обменять эту книгу.
– Но как это сделать? – рассуждал он. – Я не писатель, не журналист. Что я могу? А, чем черт не шутит, попытаюсь все же поработать над этими злополучными страницами.
И он начал печатать.
«Дамы были прекрасно одеты. На более молодой блондинке с крутыми бедрами и тонкой талией манекенщицы в обтяг сидели голубые джинсы «Levis», великолепную грудь скрывала бордовая маечка от «Berdi». Такие «перси» не могли не впечатлять, – отметил наш «писатель». Вторая дама (он называл ее «дамой» так как она была старше своей спутницы лет на пятнадцать-двадцать). Она выглядела очень респектабельно, отличалась изысканными манерами, хорошим вкусом и имела оксфордское образование. Так казалось ее спутнику – седовласому, молодящемуся мужчине лет семидесяти. Он сопровождал дам в их поездке по Чикаго.
Далее начинающий «писатель» стал вворачивать такие штучки, что позавидовали 6ы даже поднаторевшие, опытные детективисты, если их так можно назвать. Он разработал оригинальный план ограбления банка, просто «закачаешься». Молодая девица влюбляет в себя уже немолодого служащего банка, тот готов на все ради «любви». Девица ловко разыгрывает спектакль о том, что ее родители, якобы были похищены, когда ей было 11 лет отроду, и она всю жизнь мечтала выкупить их из рабства. В жизни ей пришлось «несладко», кем только не приходилось работать: и проституткой, и манекенщицей, и быть на содержании у богатого «джентльмена», и сопровождать развлекающиеся компании на курортах, – заливала девица. Одним словом, ей очень нужны большие деньги и их сможет для нее достать только он – этот очаровашка по кличке «интеллего», которая прилипла к нему еще со времен колледжа. Очаровашка трудился на ниве финансов в престижном коммерческом банке «Билли Бонд», который славился безупречной репутацией и старыми, добрыми традициями.
Далее наш «писатель» привел несколько постельных сцен с охами, вздохами и сексуальными баталиями. Причем идет описание сексуальных фантазий служащего банка в таком, примерно ключе: то финансист совокупляется с этой девицей в хранилище на куче долларов, то он раздевает ее и поливает долларовым дождем, при этом автор не забывает описывать ее гениталии, отдельные прелести и сексуальное белье многочисленных французских и американских фирм. Вся эта чушь расписывается страниц на пятнадцать. Отдельные моменты он даже стал зачитывать супруге.
– Душка, как ты считаешь, вот эта сцена, не слишком ли пошло? Героиня обращается к финансисту: «Дорогой, возьми меня с той стороны, где кончается спина, как говорят французы. Я много слышала, что в Европе эту позу очень обожают немки».
– Не знаю, дорогой, мне не приходилось бывать в Европе, – парировала жена.
– А сзади? – спросил муж.
– Так ты еще и пошлишь, после того, как тебя надули спереди, подсунув эту ерундень, – отмахнулась по-курниковски его спутница жизни.
– Ты зря дуешься, любимая. Во-первых, я неслучайно пишу об этом. Я когда-то читал в официальной статистике, что 80% немок любят заниматься сексом именно со стороны спины. А вот русские женщины, они более физиологичны и предпочитают миссионерскую позу. И еще, думаешь почему стараюсь подпускать больше секса? Я хорошо помню, как Андре Моруа рекомендовал молодым писателям укладывать свою героиню каждые пять страниц с новым любовником, и тогда, говорил он «Ваши романы будут расходиться миллионными тиражами».
Вот такой, примерно, монолог закатил супруг.
– Миллионщик ты мой, ложись-ка лучше спать. Уже почти два часа ночи, – смягчилась вторая половинка семейства.
– Дорогая, спокойной ночи. Я еще должен подклеить страницы к этой книжке. Вряд ли сегодня мне удастся поспать.
Но сон все же сморил «Мопассана». Ночью автору снилось, как его поздравляют сослуживцы с большим успехом, что его книги расходятся сумасшедшими тиражами, что он дает интервью по телевидению, что он пребывает в сплошных презентациях и фуршетах, его уже узнают на улицах, просят автографы молодые сексуальные девушки и не очень, дамы бальзаковского возраста одолевают счастливчика телефонными звонками.
– Дорогой, сколько можно тебе названивать? – будила супруга его половинка. – Ты же опаздываешь на работу. А я с утра уже успела обежать несколько магазинов в округе.
– Спасибо, милая, убегаю…
Случилось так, что на работе ему, удалось обменять подготовленную загодя книгу с известным в обкомовских кругах букинистом. Обмен произвели аж на четырехтомник Синклера.
Каково же было удивление начинающего писателя, когда он через пару дней подслушал, как Фирсов (так величали нового обладателя этого «замечательного» произведения) рассказывал молодым инструкторшам об увлекательных моментах из новой книги Дж. Чейза.
– Девочки, там есть такие крутые сцены, как, например, героиня отдается банковскому служащему под долларовым проливным дождем, а потом он ей читает сексуальную статистику – «Статкамасутру» – и все повторяется вновь, – взахлеб смаковал обладатель детектива. А в конце разговора вдруг сказал:
– Завтра я принесу эти лучшие страницы. Они почему-то у меня отклеились.
При таких словах, «автор», по меньшей мере, почувствовал себя Нобелевским лауреатом в области художественной литературы.

Александр Николаевич СЁМИН,
член Союза писателей России,
академик РАН

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *