Жемчужина всея Руси

Любой, кто бывал в губернском граде Моршанске за последние более полутора веков, на вопрос о достопримечательностях города, вспомнит прежде всего Свято-Троицкий собор. Вне зависимости – принадлежит он к православной традиции или нет, хотя вся история России – именно эта традиция и ничто иное. История этого храма – это история Моршанска. Они неразрывны, они полны радости и скорби, как история нашей Родины.

Век XIX – для России особенный, хотя и заурядных в ее истории нет. После победы Отечественной войне 1812 года наметился не только большой экономический рост Империи, но и осмысление ее истории, а главное ее духовный рост и повсеместное широкомасштабное церковное строительство. В это время процвел и Моршанск, прежде всего как имеющая общероссийское значение пристань на Цне. Знаменитый Цнинский караван из десятков сотен груженых топленым и соленым салом, медом, пенькой и другим товаром барок отправлялись вниз по реке к Волге, расходясь далее по городам и весям. Уже сформировался и утвердился в Моршанске целый ряд купеческих фамилий, которые будут вписаны золотыми буквами в его историю. Активно строился по плану регулярной застройки город (редкость для уездного центра и в наши дни), но не было в нем достойного просторного гласного храма. Построенная в 1750-х годах Софийская церковь, хоть и имела статус собора, но была явно тесна и мала. В момент освящения – это был единственный каменный храм населенного пункта. Но в начале XIX века на центральной площади города уже освятили большую размером Вознесенскую церковь, на купеческом кладбище города в начале 1830-х годов четырехпрестольную Федоровскую.

В это время образовалась инициативная группа верующих людей, которые взвалили на себя крест по строению нового большого достойного соборного храма. Река времени сокрыла от нас имена многих из этих ревнителей. Известны в основном представители купечества: Василий Гудобин, Кондратий Михайлов, Юсовы, Смесовы, Серебряковы, Платицины.
В 1826 году епископ Тамбовский и Шацкий Афанасий (Телятинский) выдал городскому голове Дорофею Кожину соборную книгу. Однако размер пожертвований явно не соответствовал намеченным планам. За несколько лет было собрано 54 тысячи 975 рублей, позднее еще 1205. Этого с лихвой хватило бы для постройки обычной церкви, но отнюдь не величественного собора. Со слов Кондратия Михайлова помог случай. Они решили обратиться к богатому купцу Егору Платицину. Когда 22 марта 1836 года доброхоты пришли к нему, тот отозвался и выписал чек. Выйдя на улицу, ревнители из любопытства решили посмотреть, какую сумму он пожертвовал богатей. Размер ее по тем временам был гигантский – 20 тысяч рублей. Придя в замешательство, они, полагая, что тот ошибся, решили вернуться и указать ему на это. Платицин сказал, что действительно ошибся и приписал еще ноль.

В итоге получилась вообще гигантская  сумма – 200 тысяч!
После этого стало возможным приступить к строительству. Первоначально собор предполагалось заложить близ существовавшего Софийского, но затем решили перенести храм поближе к реке. В то время здесь бурлила жизнь главной Цнинской пристани, складировался товар к отгрузке, стояло несколько домов. Строения снесли, расширив Софийскую площадь – так тогда официально именовалось это место.
1836 год – год закладки храма. Для Моршанска он еще ознаменовался тем, что его посетил наследник Цесаревич, будущий император Александр III. Об этом упомянул в своих записках его воспитатель – поэт Василий Жуковский. История донесла нам немного деталей того знакового события. Однако, есть веские основания полагать, что наследник принимал участие в закладке храма.
Строился храм долго, временами работы вообще практически останавливались. По моршанскому преданию чтимый городской прозорливый, юродивый Василий Блаженный (в миру Василий Иванович Ильин), почитаемый людьми святым, даже бил своим посохом особо жадных купцов, буквально заставляя их делать пожертвования: «Скорее стройте, а то не успеете, многие храмы разрушит антихрист, а этот не сможет, хоть поругает очень…»
Как отмечает поздняя по времени составления летопись храма, его постройка, без внутреннего убранства обошлась в сумму около миллиона рублей серебром, «а откуда взялись сии деньги – неведомо». Летопись также сообщает, что по реке временами приходили барки со стройматериалами – пожертвования – без указания имени отправителя. Также и в сборной книге пожертвования записаны без указания имени жертвователя. Тут стоит задуматься современным бизнесменам, как порой сделают на копейку, а раструбят на миллион…
Ещё на один момент стоит обратить внимание – это пожертвования Платицина. В советское время на нём было модно спекулировать всем презентовавшим себя знатоками местной истории. Их домыслы кочевали из реферата в реферат, из уст в уста укореняясь в умах. Виною тому знаменитый процесс 1868 года, скопческого кормчего Максима Платицына, моршанского купца миллионера. Якобы главным жертвователем постройки собора был он. Никто и не думал утруждать себя какими-либо хотя бы минимальными доказательствами скопцы – и все тут! Однако молчат о том все многочисленные документы архива Тамбовской Духовной Консистории. Не упоминает о том в своих трудах подробно рассматривающий моршанский скопческий процесс И. Дубасов, хотя и публикует немало других «соблазнительных» фактов церковной истории. Имеется лишь один документ, где заседание Тамбовской Духовной Консистории отказалось принять его пожертвования на благотворительность, судя по всему руководствуясь Указом Государя Александра I от 1816 года запрещающим брать деньги на церковное строительство и благотворительность от людей предосудительных, бывших под судом и наживших их явно нечестным способом. Все доводы «краеведов» строятся просто на одинаковости фамилий. Платицины упоминаются еще среди поселенцев Морши 1717 года, а в середине XIX века их было порядка восьми кланов. Предположение о жертвах скопческого гуру – также абсурдно в своей сути, как если бы кто сказал, что на строительство храмов жертвовал В.И. Ленин. К чему кормчему было укреплять стан своих противников? Все это придумали после Великой Отечественной войны, когда храм лежал в руинах. Дескать, зачем его восстанавливать – религиозные изуверы строили…
Наверное никогда нам не узнать достоверно, у кого родилась идея построить в глубокой провинции храм столичного образца, откуда был взят проект, кто выполнил инженерные расчеты? Архивные документы, касаемые этого, не найдены. Великий зодчий Василий Петрович Стасов, про которого сам Государь говорил, что «у меня нет архитекторов, кроме Стасова», в своем письме отказался от Моршанской постройки, отметив, что она сделана с явным подражанием его столичным храмам, но местами неверно. Действительно, освященные в столичном Санкт-Петербурге Спасо-Преображенский и Свято-Троицкий соборы в основных своих частях и пропорциях – сходны с моршанским храмом. Сходны – но далеко не копии. Он, как бы промежуточный между ними. Современники отмечали некое болезненное честолюбие Стасова, поэтому можно предположить, что он мог будучи чем-то обижен (может неким искажением своего замысла) считать строение не своим. Ведь даже представить, что проект по зарисовкам выполнил какой-либо иной архитектор, пусть даже значимый в пределах центральной России, немыслимо. Уж больно сложен замысел и инженерная составляющая.
«Инженер на троне» – так кто-то назвал императора Николая I. Именно эпоха его правления ознаменовалась грандиозным всплеском инженерной мысли в России. Одного начала строительства железных дорог хватило бы обессмертить его имя. А небывалое строительство храмов Имперского стиля. Кроме упомянутых выше – Исаакиевский в Санкт-Петербурге, храм Христа Спасителя в Москве.
Настал радостный для православных Моршанска 1857 год, год освящения собора. Главный престол храма посвящен Святой Троице, (первоначально предполагалось, что он будет, как и прежний, посвящен Святой Софии – Премудрости Божьей), взиранием на образ которой православные единятся «дабы преодолеть ненавистную рознь мира сего». Единство народа стало тогда необходимо как никогда. Левый боковой придел был освящен в честь образа Казанской иконы Божией Матери – образа Русской воинской славы, а держава вела бесконечные войны с врагами внешними. Третий, левый престол, был посвящен святому благоверному князю Александру Невскому – одному из символов русской доблести. Здесь надо видеть не только чаяние оказать много жертвовашему на храм купцу Александру Серебрякову. Александр Невский – защитник православной веры и небесный покровитель находящегося в тот момент на престоле Государя Александра II – того самого наследника-цесаревича, в год посещения Моршанска которым был заложен Свято-Троицкий собор. И глупо считать это случайностью. До 1857 г. православный Моршанск не имел церквей с престолами такого посвящения. Многие последующие десятилетия собор был связан с воинством – квартировавшими в Моршанске полками.
Храм получился небывалым: 75 метров высоты (105 аршин, по принятой тогда системе измерения), вместимость, по разным подсчетам, от пяти до десяти тысяч человек, напомним, что все население города было тогда менее 15 тысяч), с момента закладки храма менялись тамбовские губернаторы, поменялось несколько правящих епископов, ушли в мир иной многие ревнители.
Совершавший освящение епископ Макарий (Булгаков), будущий митрополит Московский, в своей проповеди во время первой литургии сказал: «И если храм ваш не есть единственный в нашей стране, то по справедливости, великолепнейший во всей нашей епархии и один из первых и лучших в целой России».
Во время богослужения пели хор архи­ерейский и имевший европейскую известность хор князя Юрия Голицина, тамбовского землевладельца, собранный из крестьян.
Собор быстро стал духовным центром не только города и даже наверное более, чем уезда. О любви к нему горожан говорит такой немного наивный и бесхитростный в своей сути факт, описанный в центральной прессе: когда Моршанск, в мае 1875 года пылал в небывалом пожаре, буквально выжегшем город, по Соборной площади за столбом огненного смерча бежал человек с косой, «дабы поразить ведьму», храм в пожаре действительно не пострадал…
Многое, очень многое можно рассказать о Свято-Троицком соборе – этой жемчужине всея Руси: о приезде сюда Государя Императора Николая II, о том, как храм был ограблен советской властью, и чуть было не разрушен, о его возрождении. Отрадно, что и ныне, он вот уже два десятка лет, как действует. Обо всем этом подробно рассказывается в подготовленной книге «Под омофором Святой Троицы», которая, хочется надеяться все же выйдет в свет. Ведь в 2017 году, храм празднует 160-летие со дня своего освящения.

Игорь ОЗАРНОВ,
православный историк

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *