Надежда МИХАЛИНА
с. Кирицы Спасского района
Член правления Рязанского отделения Российского союза профессиональных литераторов. Поэт, прозаик, автор около десяти книг прозы и поэзии для взрослой и детской читательской аудитории. Участник, лауреат, дипломант и организатор множества литературных и музыкальных конкурсов и фестивалей. Художественный руководитель народного хорового коллектива «Отрада» Кирицкого СДК Спасского района. Обладатель медали Международного элитарного союза народной дипломатии (Казахстан, г. Нур-Султан) за укрепление дружбы между народами.
Разбередила душу грусть:
Я всё ещё не позабыла
Село моё, где слово «Русь»
Всегда родным и близким было,
Где речке детства кружева
Плетёт из ивы резвый ветер
И молоко на рукава
Туман расплещет на рассвете,
К верхушкам сосен на горе
Льнут звёзды в нежном поцелуе
И в чуткой утренней поре
Трель соловьиная волнует.
И снятся в лоне тишины
Друзья, от юности шальные,
В жизнь безрассудно влюблены,
Полны надежд… И все живые.
И всё сильней зовёт село,
И всё больнее понимаю,
Что в череде потерь – его –
Я самой первой принимаю.
Студенеет река, постепенно
Погружаясь в томительный сон.
Осень поздняя тронута тленом,
А село – переменой времён.
Сиротливые, редкие избы,
Скинув прежний весёлый наряд,
Словно детства ушедшего призрак,
Вдоль дороги понуро стоят.
За селом обветшалое прясло
Вторит ветру тоскливо: «Скрип, скрип…»
Заходящее солнце увязло
В кружевной паутине ракит.
Золотится в истоме солома
В непричёсанной грузной копне,
Здесь я каждой кровиночкой – дома,
Всё здесь дорого, памятно мне.
Стал мой тополь пышнее и выше,
Звонко лебеди в небе трубят…
Босоногое детство, я вышла
В синь рассветную встретить тебя.
Но навстречу, смущённо моргая,
Лишь согбенные шли старики.
Вымирает село, отражая
Бег времён в стылых водах реки.
Забытая деревня
Уже не гонят пацаны
В ночь табуны коней стреноженных,
Среди нависшей тишины
Деревне снятся сны тревожные.
Стоит задумчива, строга
И словно в чём-то виноватая,
И сиротливые стога
Глядятся в речку мутноватую.
Где хлебный колос млел в теплынь
За деревенскою околицей,
Седая, горькая полынь
Ветрам гудящим низко клонится.
Смирилась с тяжкою стезёй,
Лишь грезит временами лучшими…
Господней чистою слезой
На землю пали росы жгучие.
Живу в ветхом доме со старыми стенами.
Скребутся под лавкою юркие мыши,
Скрипят половицы простуженным тенором,
Сопит домовёнок в чулане чуть слышно.
Обжился сверчок в поцарапанных ходиках,
Топорщатся валенки в тёплой печурке,
Устало кренится дверная колодина,
Спит дымчатый кот на потёртой тужурке.
И солнечный луч, заскучав в одиночестве,
Слегка прикоснулся к седеющим локонам…
Блаженный покой в предрассветном
пророчестве.
И мудрость житейская бродит под окнами.
Смежил закат сиреневые очи,
Раскрыла ночь над долом звёздный зонт,
И облаков причудливые клочья,
Усталые, плывут за горизонт.
Тенистый сад в ленивой полудрёме
Хранит дыханье трав и гомон птиц.
Покоится в ладонях рек зелёных
Тепло уснувших до утра зарниц.
Моё село забылось сном тревожным,
А мне не спится, я лишь гость теперь.
Здесь было счастье так ещё возможно,
И здесь начало всех моих потерь.
Вновь обступил знакомыми тенями
Воспоминаний беспокойный сонм.
И шепчут ивы сонными губами
О чём-то неизбывном и родном.
Здесь время бежало и – остановилось…
Небес потускневший сиреневый взгляд,
И, с низким поклоном просящие милость,
С пустыми глазницами избы стоят.
Ленивый покой буйноцветного сада,
Затиненной речки зелёная гладь,
Не взмыкнет в лугах тучнотелое стадо,
В полях – сорняков оголтелая рать.
Лишь пух тополиный летит невесомо…
По пыльным дорогам никто не спешит…
В российской глубинке безлюдные сёла
Свой век доживают в полынной тиши.
А было: в полон зазывала тальянка,
Детишек резвился народец босой.
И Русь испокон рисовали крестьянкой
В простом сарафане, с пшеничной косой.
Моя бесценная потеря
Безлюдно, тихо и печально.
Густой ивняк подходит близко
К реке, любуясь отраженьем
Большого звёздного мониста
В воде, застывшей без движенья,
В ладонях берегов песчаных.
На горизонте, на пригорке
Сосна взмывает в небо свечкой,
В огне зари вечерней тая,
И мост горбатится над речкой,
И с наслажденьем я вдыхаю
Печного дыма запах горький.
Село моё! Мой тихий берег,
Кораблик детства – парус белый,
Обитель давней светлой грусти.
Как в материнской колыбели
В цветущем этом захолустье.
Бесценней этой – нет потери…
