Псков

Александр Унщиков

Введение

Коснёмся летописей давних,
Что нам расскажут о былом,
Где Русь, сражаясь в битвах ратных,
Шла неизведанным путём.
Пред богом Перуном молилась,
Прося Велеса на успех,
Жизнь родовая становилась
Преддверием великих вех.
Река Великая, с Псковою
Сливаясь, вдаль несла ладьи,
И вёсла сильною рукою
Толкали хладные струи.
Всё так по летописи было:
Везли товары на обмен,
Река Великая служила,
Всё новое неся взамен.
А в месяц кресень ждали диво,
Перун с грозою приходил,
Молились в небо на Ярило,
Чтоб в непогодь день ясным был.
Взывали, вопрошая мира,
Погожих дней на урожай
И чтоб варяжия секира
Не подступила невзначай.
Плели венки, бросали в воду –
На суженых гаданье шло.
Все боги были от природы,
Молился люд на естество
(Он кривичами назывался),
Взывали в небо к Перуну,
Змий огненный с небес спускался
И жёг по гневу своему.
Так повелось у рек-кормилиц:
На пристани торгам бывать,
Где может свой товар умелец
По уговору обменять.
Амбары были в пригородах,
К ним возводили вал у рвов.
Две тысячи годов, как в прошлом
Закладывался древний Псков.

1

Путь «от варягов в греки» долгий
Великую избороздил.
Купцы везли товар заморский,
И этот путь нелёгким был.
Склады хранились за стенами,
За это должно мыту брать.
Во Пскове торг вели рядами,
По берегам стояла рать.
Держались в гридницах дружины –
По найму служба их была.
За новизной, ещё не зримой,
Русь по Великой вдаль плыла.
Пшеница, мёд, пенька льняная,
Меха, и утварь мастеров,
И рыба, и икра любая –
Жил торжищем усердный Псков.
Сходился люд у переправы,
Паром – как врата на реке.
Стояли рядышком оравы
С подводами невдалеке.
Паром бревенчатый, тяжёлый,
Как девушке с ним совладать?
Она помощница отцова,
Чтоб вольный нрав реки унять,
Не знали, нарекая Ольгой,
Кем будет девочка сия,
В деяниях во славу Бога
Создастся славная стезя.
Была находчивой и смелой
И удивляла весь народ,
Перед толпою не робела,
Трудилась здесь не первый год.
С годами укреплялась сила,
Привыкла жить в большой нужде
И тайно у судьбы просила
Супруга доброго себе.

2

В ветрах и с хмурой непогодой
Дождливый месяц шёл кресень,
У переправы было много
Народа в судьбоносный день.
Купалы день настал с ветрами –
Знать, переменам наступать.
Люд к капищу ступал с дарами,
Чтоб жертву идолам воздать.
С утра разволновалась Ольга,
Тревожно было на душе,
Кружилась ястребом тревога –
Знать, перемены ждут уже.
Вдруг: «Расступись!» – был клич гортанный,
Дружина княжья прибыла.
Народ притих пред переправой,
Отхлынул, чтобы рать прошла.
Толпа дружину пропустила,
Паром причалил к месту враз.
Князь Игорь бросил взгляд немило,
Не отводя пытливых глаз.
Вдовец, два года одинокий,
В походах ищущий приют,
И путь ему лежал далёкий
Туда, где вороги снуют.
Князь кряжист, с ладною осанкой,
В седле держался как влитой.
Он прибыл с боевым отрядом
И ведал силу за собой.
Скопилась рать у переправы.
К парому подались мостки,
И под уздцы вёл ратник бравый
Коня у краешка воды.
Князь на паром зрит: что за диво –
Его дивчина подала,
Умело и неторопливо –
Знать, сызмальства здесь возросла.
Заехал на паром и спрыгнул
С коня. Увидел пред собой
Молодку. Ратникам он крикнул,
Чтоб у парома встали в строй.
Ей приказал: «Плывём быстрее…»,
Пытливым взором посмотрел
И вдруг осёкся, цепенея:
Взгляд князя за душу задел.
Она взглянула прямо, смело
Сказала князю: «Поплывём!..»
Паром направила умело,
Играючи взмахнув веслом.

3

В Иванов день в мольбе на воду
Велес судьбу мог показать.
И Игорь, увидавши в Ольге
Ему приснившуюся мать,
«Молодка, следуй-ка за мною, –
Ей голосом повелевал, –
Будь мне походною женою…» –
И место рядом указал.
Она во гневе возгорелась,
Нож выхватила: «Прочь уйди!»
Была в ней воинская смелость,
Себя умела защитить.
«А если силой взять посмеешь,
Своим величьем не пугай –
Покончить я с собой осмелюсь,
Ты будешь проклят, так и знай!»
Воспитанна, горда и строга,
А значит, стойкая душой.
С ней рядом нипочём тревога
И в княжеской семье покой.
Сон, взгляд, характер – значит, Велес
Ему супругу указал.
«Коль я не выполнить осмелюсь,
Перун накажет, что взалкал…»
Подал ей перстень в знак признанья:
«Прошу тебя мне быть женой,
Пришлю гонцов в знак оправданья
Отцу сказать про выбор мой».

4

В Купалы день явилось много:
Жених и княжья ей судьба,
К сему была с утра тревога
И с перебоями мольба.
«Быть князю верною супругой –
Велес мне это указал,
А боевою стать подругой –
Перун грозою предвещал».
К реке Великой обратилась:
«Кормилица, мне помоги!»
На небо кротко помолилась:
«Перун, в судьбе убереги…»
На небесах – меж туч, в разрыве –
Луч солнца брызнул и расцвёл,
Был рядом виден знак счастливый,
Парил божественный орёл.
Волна навстречу набегала,
Ей ноги будто обняла,
Ласкала и дождём бросала,
Как будто за собой звала.
В Великую шагнула Ольга,
Родную реку обняла,
Волна, играя своевольно,
Вглубь за собою повлекла.
Ласкала, нежила, кружила,
Как будто бы в последний раз.
И разом к брегу поспешила,
Как бы расстаться торопясь.
А Ольгу думы беспокоят:
Как непростых гостей встречать,
Подарок князю приготовить,
С приданым перед ним предстать?
Река волною колыхнула,
От брега дальше отошла,
На дне приямок распахнула
И дар небес преподнесла –
Клинок с серебряной насечкой
Работы знатных мастеров.
Подарком князю будет вечным,
В сражениях разя врагов.
Сложилось, будто снилось Ольге:
Гонцы и ратники кругом,
И путь от отчего порога –
В уделы княжеских хором.

5

А Псков по-прежнему трудился
И о событьях вспоминал –
На ком великий князь женился…
Он зятем града Пскова стал.
Во Псков на торжища стекался
Торговый люд издалека,
И чтобы рынку расширяться,
Несла Великая река.
Град, укрепляясь, строил стены,
Чтобы давать отпор врагам
И капища для поклоненья,
Где люд молиться мог богам.
Сбиралась дань для укрепленья,
Решался вечевой вопрос:
Где ставить нужные строенья
И как вести торговый спрос.
В основе Кром, у врат захабы,
Бойницы в башнях и стенах,
Склады, чтоб пережить осады,
Когда пойдёт с вой­ною враг.
Псков создавался как твердыня,
Сзывал соседей на совет
И всё ненужное отринул,
Республикой на много лет.
Как крепость, рос на удивленье –
Пред западом щитом стоять
И с вечевого усмотренья
Всё нужное воспринимать.
Здесь на престол сажался княже,
Посадник, только и всего,
А вечевой совет указом
Власть ограничивал его.

6

В то время Киев-град воспетый
Ослабил в распрях мощь свою.
И за побор с древлян безмерный
Князь Игорь пал в лихом бою.
И здесь не растерялась Ольга,
Чем удивила киевлян –
С невероятною сноровкой
Узду надела на древлян.
С народом – жёстка и учтива,
Растила воинов в сынах.
И с государствами другими
Жила на дружеских правах.
В Христову веру обратилась,
Еленой в святцы нареклась,
В прошеньях к Господу молилась,
Чтоб власть помог ей укреплять.
А византийский император
Отцом стал крёстным для неё:
Приведши к вере православной,
Ей разъяснения даёт.
Христовой вере поклониться
Во Киеве не хочет люд,
И Ольга в отчину стремится,
Её там примут и поймут.

7

Псков встретил Ольгу с почитаньем
И с сожаленьем о вдовстве,
О трудностях, и о страданьях,
И небывалом сватовстве.
На вечевом совете Ольга
Всем рассказала про Христа:
В мучениях его дорога
С рождения и до креста.
Что Бог един в трёх ипостасях –
Отец Бог, Сын и Дух Святой,
Что Сын был на кресте распятым,
Приняв смиренно суд людской.
Перекрестилась принародно
С прошеньем: «Боже, вразуми…»
Лучи с небес сошли над Кромом,
И ропот шёл между людьми.
Увиденному удивились –
Все вопрошали о лучах…
Над ними Троица явилась,
И гром раскатом прозвучал.
Здесь чудо наяву свершилось,
И Божий страх людей объял.
Княгиня в этот день решилась
Всевышнему построить храм
В честь Троицы единосущной.
Здесь вклад её был как призыв,
И в устремленьях многолюдных
Шёл созидающий порыв.
А Ольга правит в Киев-граде –
Вернулась, сыновьям сказав,
Чтоб пережить отца утрату,
Жить им в согласье пожелав.
Открылся Ольге путь единый:
Не на походах богатеть,
А в дружбе жить необходимо
И торжища вести уметь.
Сбиралась дань, чтоб строить храмы,
Где славился Иисус Христос,
Жизнь становилась всё отрадней,
И стала реже литься кровь.
Сынов как ни стремилась Ольга
К Христовой вере привести,
Они воспитаны в устоях,
В которых душу не спасти.
.
8

А Киев веру не воспринял,
В больших сомнениях народ,
И Святослав своей дружиной
Готовится в большой поход.
Просила мать: «Великий княже,
Христовой вере поклонись,
Иначе в битвах люд поляжет
И этим не улучшит жизнь».
Князь отвечал: «Возможно ль это,
Чтоб веру деда своего
Сменить по твоему совету
И изменить делам его?
Я – воин! Мне ли – на колени?
Молиться и не воевать?
Дружина примет как измену –
Так Русь не сможет устоять.
Прощать врагу, дань не взимати?
Мой крест – отточенный клинок,
А ты молись за сына, матерь,
Чтоб выжить я в сраженьях мог!»
«Как защитить тебя молитвой,
Когда ты не щадишь врага?
Гордыня – спутник ненавистный,
Ты, возгордясь, – её слуга».
Не убедила Святослава…
Как понимать святой завет,
Что за отца несёт по праву
Сын перед Господом ответ?
И если он Христа отринет
По убежденью своему,
То, значит, в страшной битве сгинет,
Рок будет спутником ему!
Молилась Ольга, вопрошая
Всевышнего, держа посты,
Но участь сына роковая
Его не сможет обойти.

9

Псков жил республикой свободной:
Что не во вред, то пользы для.
К соседям вдаль дорогой водной
Стремилась русская ладья.
И распри все на нет сводились,
Христова вера всем дала
Ученье. В нём объединились,
Решая общие дела.
Псков из каменьев строил стены,
Храм возведённый украшал.
В нём Богу службы ежедневны,
Люд, соглашаясь, не взалкал.
Зачтётся каждому поступок:
Кто молит Бога о себе,
Того по совести и духу
Ждут изменения в судьбе.
Псковских кровей Бог дал внучонка,
Сказала Святославу мать:
«Коль не крестил его с пелёнок,
Позволь по святцам имя дать.
В судьбе немало значит имя,
Чтобы прославить жизнь собой,
Пускай зовётся он Владимир,
Держа власть сильною рукой».
Внук воспитался в поученьях,
Молился богу Перуну,
Был строг отец во вразумленьях,
Внушал, как воину, ему.
В нём волевой характер псковский,
Был сверстников своих сильней,
Изгой для родичей отцовских,
Поскольку мать простых кровей.
Учился выжить в миг опасный,
События предугадать,
Быть хладнокровным и бесстрашным,
Пред ворогами устоять…
Княгиня Ольга для внучонка –
Наставница и проводник,
Расскажет о Христе ребёнку:
Кто Он и для чего возник…
Учила быть богоугодным:
«Молись Христу, Он над тобой,
И стань Георгию подобным,
Отважным будь, коль вышел бой».
А думы Ольги о другом –
За Святослава мать страдала,
Молилась больше всех о нём.
Бог не поможет – понимала,
Молила: «Господи, прости,
Не дал Ты вразумленья сыну,
Прошу лишь только: отведи,
Чтоб мне не знать его кончину…»

10

Вёл Святослав большой поход,
Победы приносили славу,
На Византийскую державу
Свою дружину он ведёт.
Стрелой летит молва по свету:
Орда степная Киев-град
Штурмует средь сплошных осад,
Узнав, что рядом князя нету.
Осада, голод на Руси.
Во храме Ольга пред иконой
Творит молитву и в поклонах
Взывает: «Троица, спаси!»
Спешит дружина Святослава,
За переходом переход
Гонцы несут молву вперёд,
Чтобы от стен прогнать осаду.
Мать постарела в этот год,
Просила: «Княже, сын мой милый,
Дай слово до моей могилы
Не начинать другой поход…»
В ответ – согласье Святослава.
Но позже пожалел о том:
«Что завоёвано мечом,
Исчезнет, как былая слава…»
Червень был месяц грозовой,
Три дня дождей, пройдут – и снова
Вода у берега крутого
Смывает всё перед собой.
И поднялась, где крест белел,
По Ольгиной поставлен воле.
На крест тот чёрный ворон сел,
И звон пошёл от колоколен.
А значит, Ольгин срок пришёл
Предстать пред Господом с ответом.
Вдруг луч сквозь тучи снизошёл,
Крест обливая ярким светом.

11

«Иду на вы!» – гортанный клич
От Святослава шёл по свету,
И он, уверовав в победу,
Считал: удел его велик…
Не ведал князь: Бог во плоти,
Он есть, Он в каждом человеке.
Ты должен, за него в ответе,
Просить: «Мя, Господи, прости…»
Узнает: путь в позоре труден,
Никто не сможет вразумить.
Себя не смог он победить,
И наказанье свыше будет.
Не понял бед своих причину –
Что он печётся о чужом,
Забыв о главном, о своём,
Ища в неведенье кончину.
И вот судьбинушка лихая
Ему… Как говорила мать,
Лишь с верой можно устоять –
Господня истина такая…
И Святослав – без оберега,
В кровавой сече на заре,
Среди порогов на Днепре –
В бою погиб от печенегов…

12

Над Новым городом звезда
Взошла в Рождественский сочельник.
Владимир, княжеский наследник,
Прибыл – за власть кровь пролита.
Явился Святослава сын.
Был беспощаден в возраст юный,
Сход вечевой пред ним не сдюжил,
Все были против, как один.
На вече встал в огромный рост
И крикнул: «Новый, будь со мною!
Не откупиться вам деньгою,
Я – повелитель, а не гость!
Всех погублю своей рукой!»
Притих народ пред силой грозной:
Быть защищённым, жить спокойно –
Не надо участи другой.
Наследникам от Святослава
Завет оставлен таковой:
«Чтоб стала мощною держава,
В согласье будьте меж собой».
Но был нарушен тот завет.
От Ярополка зло на братьев
Пошло. Владимир был в изгнанье,
Искал поддержку много лет.
Для князя Псков – его защита.
За киевский престол борясь,
Политику вёл боевито
За будущность великий князь.
А в Киеве шли перемены –
Все к худшему. Страдал народ,
Желая княжеской замены.
Все знали, что Владимир ждёт.
На княжий стол во Киев-граде
Владимир с верою в душе
Сел, думая о старшем брате
И о кровавом мятеже.
Родившись, каждый человек
К Всевышнему своей дорогой
Идёт. А испытаний много,
Кто даст поддержку и совет?
Владимир будет ослеплён –
Богатство, подвиги, победы,
За что дать надобно ответы
И как он будет исцелён?
Жена – из византийских мест,
А названа в крещенье Анной.
Бог посылает средь невест
Ту, что становится желанной.
Владимиру даст вразумленье:
«Ты окрестись, и Бог с тобой,
Прозреешь после омовенья
Святой крещенскою водой.
Прозрение твоё в другом,
Жизнь ты увидишь по-иному,
Христос ведёт тебя к святому –
С Собой быть в царствии Своём».

13

О незабвенный Херсонес!
Сколь крови пролито тобою!
Заложен мастерской рукою
По убеждению словес
От давних греческих племён
И византийских покровительств,
Алмазом назовёт правитель
В короне правящих имен.
Вой­на и золото в казну,
Набеги – снова он в руинах.
И воскресал как град былинный
По назначенью своему.
С призывом: «Нужно жить опять!» –
Чтоб вера люд объединяла,
Храм Божий снова возрождала,
Где христиан благословлять.
Владимир в Херсонесе веру
Принял – Христос благословил,
И, по Священному завету,
В реке дружину окрестил.
Сам окрестился с сыновьями –
Крещенью на Руси бывать!
Украсится она церквами,
Где Бога будут прославлять.
Свершилось чудо оттого,
И князь прозрел, явилось диво:
Мать Божия благословила,
И Божий страх вошёл в него.
Пойдут победы чередою,
Но величайшая из них –
Победа над самим собою,
И только с нею он велик.

14

Псков прославлял в трудах Христа,
Был Судислав на стол посажен,
Град в это время процветал,
Стал храмами весь Кром обряжен.
Дух христианства всюду здесь,
Бог прославляется повсюду.
И вера – всей Отчизны твердь,
Уверенность простому люду.
Князь Судислав постриг принял,
Стал Саввою святым навеки,
Был перед Господом в ответе
И на иконах воссиял.
Для Бога труд, всё зрит Господь
И помогает, как твердыне.
Щитом перед врагом – святые,
И Ольга этот щит несёт…
Тевтонцы, дух ожесточив,
Хотели в Русь вселить покорность.
Сражался Псков, у Бога только
Просил: «Не затуши свечи…» –
Посланник Божий – княже Невский –
Перед иконой вопрошал,
Чтобы в сраженьях устоять
За веру, что пришла от предков…
С дружиной двинулся на Псков,
В желании разбить изгоном.
Разгром тевтонцев станет скорым,
Им будет приговор суров.
Освобождение – уроком.
Князь грозно скажет псковичам:
«Своей я чести не отдам!» –
На гербе впишется зароком.
Князь Невский, битвой вдохновленный,
Продлит гоненье за врагом,
И бой на озере Чудском
В веках останется нетленным.
Но общей веры нет пока,
И распри между братьев злобны.
Заветы пращура условны,
Гордыня в сердце велика.
Путь с многобожием старинный
Не мог к согласью привести,
Кто веру во Христа отринул,
Того уже нельзя спасти.
И вот с ордою Божья кара
К противоречиям пришла:
Чтоб без согласья Русь страдала,
В веках с повинностью жила.
Мечом князь изгонял врага,
Пред ханом униженья принял,
Всевышнему в делах слуга,
Свою мирскую жизнь отринул.
Алексием постриг принял,
Для веры станет утверждённый,
Он перед Господом стоял,
В куколь и схиму облачённый.
Русь защищал на бранном поле,
А после пострига – молясь,
Чтоб ей, восставшей от неволи,
Единой стать, объединясь.

15

Течёт Великая река,
Уносит время и товары,
Давно забыт и Игорь Старый,
Исчезло прошлое в веках.
Довмонт, покинув край литовский,
Ушёл, куда позвал Господь,
На стол он был посажен Псковский,
Чтобы интриги побороть.
Литовских будучи кровей,
И иноверцем для народа
Не стал, а станет Тимофей
В крещенье – «почитавший Бога».
Ему был стол дан на княженье
В период грозных бранных дел,
Он княжий прославлял удел –
Псков защищён был от вторжений.
Люд полюбил и не взалкал,
Сражений выиграно много –
Тевтонский орден налегал,
И от Литвы ползла тревога.
Довмонт не просто разбивал,
А гнал врага к его истокам,
И там, в сражении жестоком,
Его начало разрушал.
С ним Псков становится твердыней
За тридцать с лишним славных лет,
Там Тимофей держал ответ,
Чтоб Псков прославлен был доныне.
Он с Богом преуспел во всём
И с почестью на поле боя
Погиб. И герб с его мечом –
Как почитание святое:
Двумя мечами Псков спасённый.
На гербе – символ ратных дел,
Меч Александра и Довмонта,
Народ в их честь запечатлел.

16

Московский князь взывал к народам
И под начало брал своё,
Крещенье принял и с Синодом
Благословлял люд на житьё.
Рождалась новая страна –
Московия объединялась,
Христовой верой укреплялась:
В единстве сильной быть должна!
Путь к единению – кровавый,
Чтобы в дальнейшем устоять,
Пред ворогами ставя рать
Союзным княжеством державным.
От Бога было так дано –
Москвой без крови Псков был принят.
Междоусобицы отринут,
Стоять им вместе заодно!
Был о великом граде сказ,
Поклон наш Пскову как твердыне
И как защитнику Отчизны,
Здесь герб его – на то указ,
Висит над вратами, как щит,
Святая заповедь твердыни,
Десница Божия доныне,
На гербе – лозунгом гласит:
«Вовек я чести не отдам!» –
Для вразумления народа,
Благословение от Бога –
Непокорённым псковичам!