Константин Илюхин
Ангелы
Пусть в маленьких ручках силёнок немного,
Но хватка наша сильна!
Ах, что же ты сердце колышешь, тревога,
Откуда взялась ты, война?
Мы, дети войны, приближая победу,
Гордо с тучек глядим,
Мы верим, солдаты, мы верим, родные,
Мы знаем, что победим!
Пусть наши игрушки засыпаны пеплом,
Не дарят тепло и уют,
В груди разливаемся ангельским светом,
Ведь души наши живут!
Не бойтесь, солдаты, мы светимся ярко!
И в ночку, и в лютый мороз
Мы, рядом присевши, теплом согревая,
К Победе стремимся всерьёз!
Вечный костёр
До дрожи пробирает чёртов холод,
Костёр потух, но жизнь горит в сердцах.
Крепись, солдат! Ведь воин славен духом,
Не время думать на войне о небесах!
Вот пуля просвистела. Рикошет!
Спасайте души, храбрые ребята!
Спасайся, глупый! Глупый человек!
Бросайте, братья, к чёрту автоматы!
И мы стоим… В глазах ни грамма злости,
Лишь слёзы по щекам крадутся вниз.
Дрожат внутри поломанные кости
Не по своей же воле, согласись?
Мы всё стоим, а ветер нас качает,
Болтает, как берёзки по утрам.
Неужто Бог совсем не замечает,
Не любит, не поможет сверху нам?
До дрожи пробирает чёртов холод,
Нам дали три минуты на расход,
Терзает горло ненасытный голод,
Прими мои проклятья, страшный год!
Я буду ждать зимой весны прекрасной,
Молиться буду, Господи, прости!
Всё слепит пылью старая дорога
И путают кровавые пути.
Летят мгновенья адскими часами,
От пули рвётся на волокна плоть.
Сбежать? Давай-ка между нами…
Бежать? Пребудь с тобой Господь…
Ведь атеистов нету на войне,
Мы верим свято каждому завету,
Храним любовь в страдающей душе
По Божьему великому совету.
Мы верим свято в справедливость жизни,
Совсем не верим в гуманизм войны.
Диктаторы бывают и капризны,
Стирая с карт историю страны.
Но русский дух лишь жаждет
справедливости,
Сдаваться – это дело слабаков,
Прорвёмся сквозь усталость и сонливость,
Воскреснем, лик прикрыв платком.
Мы не дадим в обиду своих братьев,
Погибнем, защитив своих сестёр.
Храним в душе своей мы о погибших память,
И всё-таки – горит ещё костёр.
Героям
К груди прижата Библия с Кораном,
Чужих религий нет, брат, на войне,
Окоп затянут чёртовым туманом
И терпким табаком в промокшем рюкзаке.
Промёрзли руки от холодного приклада,
Застыли в вальсе палец и крючок,
Сейчас бы чай, обнять жену и брата
Да сказку про волчонка и бочок.
Но время не залечивает рану,
Она гноится, нарывает, больно бьёт,
Упёрлись сволочи рогами, как бараны,
Свой своего за доллары убьёт.
Мне больно видеть погибающее сердце
В груди народа с кровью нас, славян,
И топчут землю западные берцы,
Засаживая в сад степной бурьян.
Вы память осквернили, влив помои
В души людей, что, доблестно храня
Историю России, все устои
Не дали рушить попросту да зря.
И видит Бог, что вражеская пуля
Не колыхнёт покой родных семей,
И доблестных России сыновей
Вернёт здоровых, в звании Героя.
Молодой поэт
В грязи, пыли, забрызганный весь кровью,
Бежал с улыбкой молодой поэт.
И начал он читать перед толпою
Вот-вот написанный чернилами куплет.
Читал о храбрости советского народа,
И гордо Родине он оды посвящал,
Что, братцы, до победы-то полгода –
Словами этими солдат всех вдохновлял.
И о поэте этом все почти что знали,
И ждали те, кому с рассветом в бой,
Он рифмами стирал с сердец печали
И душу наполнял вновь добротой.
Под треск костра,
Под скрипы автомата
Героев своей речью вдохновлял.
И дорогой была ему награда,
Когда, услышав, тот герой вставал.
И вновь обстрел, и, снова выступая,
От пули шаловливой вдруг упал,
Но тем не менее задора боевого
Он пред бойцами ни на грамм не потерял!
«Пульс есть!»
«Он улыбается!»
«Он дышит!»
«В окоп тащите, братцы, вы его!»
«Он поживёт, его весь мир услышит!»
«Что ж сердца не жалеешь своего?!»
В грязи, пыли, забрызганный весь кровью,
Лежал в окопе раненый поэт,
Дочитывал он вновь перед толпою
Тот самый вдохновляющий куплет.
