Полчаса для мамы

— Что нужно для счастья?
— Оставаться ребёнком.
Вячеслав Полунин

В одном старом цирке жила-была собака Жучка. Она не была породистой, у неё не было наград и медалей. Зато у неё был дружелюбный нрав, симпатичная рыжая мордашка и верный друг – старый клоун Тим. Это он привёл Жучку в цирк.
Первое время она всех боялась и повсюду следовала за Тимом. Но потом Жучка узнала всех в цирке! Слона Того, который рассказывал ей грустные истории, потому что других не знал. Мартышек Читу и Маргариту – они всегда радостно визжали, когда Жучка подходила к их клетке. Дрессировщицу Элеонору, которая угощала её чем-нибудь вкусненьким, приговаривая:
– Ах ты, милашка!
В общем, собаку Жучку в цирке любили все, а клоун Тим – больше всех! Жучка даже выступала с Тимом на арене – выскакивала из чемодана, в котором Тим выносил её, и оглушительно лаяла!

Но потом у неё появились щенки, и выступления пришлось отложить. Жучка не переживала из-за краха своей сценической карьеры, так как все по-прежнему любили её. А щенки появлялись регулярно, с завидным постоянством.
Эта история случилась, когда Жучка на заднем дворе кормила своих двоих уже подросших щенков. Клоун Тим и ветеринар Альберт Константинович вышли на крыльцо и очень серьёзно посмотрели на Жучку. Жучка давно знала Тима, поэтому насторожилась.
– Что ж, Тимофей Аркадьевич, – глубоко вздохнув, сказал ветеринар. – Всё равно других вариантов нет, пробуйте!
Клоун Тим опрометью бросился в здание цирка. Жучка приподнялась со своего места, понимая всю значимость момента. Тим вскоре вернулся, неся в руках маленький свёрток. Он опустился на колени, погладил рыжую Жучкину спину и почти шёпотом сказал:
– Ну, собачка моя, выручай, милая! Кроме тебя, никто в целом свете не сможет помочь!
И старый клоун положил рядом с Жучкой совсем маленького беспомощного тигрёнка. Собака понюхала его – тигрёнок пах лекарствами, слабостью и обречённостью. Жучка отодвинулась, собираясь сбежать подальше от происходящего, но тут малыш, почувствовав тепло собачьего бока, слабо пискнул. И Жучка остановилась. Она наклонилась над почти безжизненным тельцем, лизнула шершавым языком розовый носик и тихонько прошептала:
– Не бойся, малыш, мы справимся!
Тигрёнок не погиб. Жучкино молоко и тёплый рыжий бочок сделали своё дело – малышка (это оказалась девочка) стала поправляться, вскоре открыла глаза и получила звучное имя – Грета. Грета следовала за Жучкой по пятам, не отставая ни на шаг!
– Я пойду погуляю, – говорила Жучка.
– Мама, я с тобой! – тут же отвечала Грета и, смешно переваливаясь с боку на бок, ковыляла за собакой.
Вечерами Жучка пристраивалась на заднем дворе у тёплой кирпичной стены, Грета ложилась рядом. И Жучка рассказывала ей сказки, глядя на звёздное небо и вылизывая полосатый тигриный бок. Это и было то самое неземное счастье, когда весь мир заканчивался на заднем дворе цирка у старой кирпичной стены.
Грета уже давно питалась самостоятельно, но спать ложилась только рядом с Жучкой.
– Мама, – однажды спросила Грета, – почему мартышка Маргарита сказала, что я подкидыш?
– Мартышка Маргарита – просто глупая обезьяна, – ответила Жучка. – Ты – моя дочка, самая красивая и самая любимая!
И Грета уткнулась носом в тёплый мамин бочок и сладко уснула.
– Ничего, малыш, – словно заклинание, повторяла Жучка, глядя на звёздное небо. – Мы справимся!
Потом, конечно, Грета поняла, что Жучка – собака, а сама она – тигрица. Но от этого не стала меньше любить свою рыжую мохнатую маму. И Жучка всегда терпеливо ждала, когда с репетиции вернется её большая полосатая дочка.

Однажды Грета не вернулась вовремя. Жучка сначала терпеливо ждала, а потом стала метаться по двору, звонко и надрывно лая. Когда на крыльцо вышел клоун Тим, она бросилась к нему со всех ног. Тим взял собаку на руки и быстро пошёл по коридору.
Грета лежала на полу, шерсть на её боку была выстрижена и на рваную рану наложены швы. Это во время репетиции тигрица Стелла сильно ударила Грету лапой, выпустив все свои когти. Жучка опрометью бросилась к Грете! Осторожно приподнявшись на задних лапах, она понюхала рану и тихонько лизнула её языком. Грета была уже почти взрослой тигрицей, и маленькая Жучка едва доставала до её израненного бока.
Жучка не отходила от Греты ни на шаг до тех пор, пока та не пришла в себя.
– Мама, это ты? – прошептала Грета, открывая глаза.
– Я, доченька, конечно я! – проскулила Жучка и добавила: – Ничего, малыш, мы справимся!
Грета быстро шла на поправку, и вскоре её снова стали водить на репетиции. Но теперь Жучка была рядом – клоун Тим проносил её под полой своего безразмерного халата. И когда тигрица Стелла в следующий раз снова оскалилась на Грету, Жучка бесстрашно кинулась на неё с лаем! И Стелла неожиданно отпрянула назад, уступая дорогу маленькой рыжей собачке.
– Ах ты, рыжая бестия! – удивлённо воскликнула дрессировщица Элеонора.
– Она просто мама, – улыбнулся клоун Тим, – которая теперь никому не даст в обиду своё дитя!
Шло время. Грета стала знаменитой артисткой и первой красавицей среди цирковых тигриц. Ни одни гастроли не обходились без неё! Но каждый раз, возвращаясь, Грета шла на задний двор поделиться радостью успеха с маленькой рыжей собачкой Жучкой.
– Мама, – говорила Грета, – а почему ты не стала артисткой? Ты же выступала с Тимом когда-то? Разве тебе нравится жить здесь, на заднем дворе? Ведь в мире столько интересного!
– Артисткой? – удивлялась Жучка. – А зачем? Что толку, будь у Тима в чемодане одной собакой больше? А не окажись я вовремя на заднем дворе, то и ты не стала бы артисткой… У каждого в жизни своё место, доченька.
Однажды, незадолго до очередных гастролей, Грета пришла на задний двор, неся в зубах двоих малышей. Она положила их перед Жучкой:
– Мама, я не знаю, что делать! Я не хочу бросать их, как бросили меня, но под вопросом моя карьера, я должна ехать на гастроли…
Жучка обнюхала двоих кругленьких пушистых малышей, улыбнулась и сказала:
– Ничего, малыш, мы справимся!
Когда Грета вернулась с гастролей, её малыши подросли и окрепли. Жучка очень бдительно приглядывала за ними, а тигрята носились по заднему двору, как когда-то носилась сама Грета…
А время неумолимо бежало вперёд, барабаня по крышам первым весенним ливнем, расцветая маками на полях за городом, и пестрыми кленовыми листьями шелестело на задворках старого цирка…
Уже давно выросли маленькие тигрята, Бим и Бом, и разъехались в разные края. Красавица Грета продолжала свои выступления на бесконечных гастролях.
Жучка сидела у старой кирпичной стены и смотрела подслеповатыми глазами куда-то вдаль. Когда-то округлые, бока впали, когти на лапах стёрлись, а рыжая мордашка стала совсем седой. Клоун Тим потрепал её за ухом:
– Ждёшь?
– Жду, – ответила Жучка, не поворачивая головы.
– Сегодня должны приехать, – продолжал Тим. – А вечером опять уедут…
Жучка молчала, прислушиваясь к шуму колёс проезжающих по дороге машин.
Наконец к воротам подъехал яркий пёстрый фургон. Из распахнутой двери на землю спрыгнула Грета. Тоже яркая и очень красивая.
– Здравствуй, мама! – через весь двор рыкнула она.
Жучка вся напряглась, вытянулась в струночку, поворачивая голову на голос. Она почти не видела Грету, но ощущала её присутствие всеми остатками собачьего чутья!
– Здравствуй, дочка, – выдохнула старая собака.
Грета восторженно рассказывала о своих успехах, одновременно складывая подарки на уступ кирпичной стены. Жучка даже не смотрела на них, она принюхивалась к лапам Греты. Это был незнакомый запах парфюма, к которому обязывала жизнь знаменитой артистки.
Грета лизнула Жучку в щёку:
– Я опять уезжаю, мам… Сегодня…
– У тебя есть полчаса? – каким-то совсем другим голосом спросила Жучка. – Посиди со мной, дочка…
– Мамочка, миленькая! – взмолилась Грета. – Какие полчаса? У меня и пяти минут нет! Ты не представляешь, как я занята! Даже не знаю, как успевать!
– Ничего, малыш, ты справишься, – вздохнула Жучка. – Иди…
Гастроли были насыщенными и продолжительными. Грета устала и затосковала по дому. Поэтому, когда пёстрый фургон въехал на задний дворик старого цирка, она, не дожидаясь полной его остановки, спрыгнула на землю. На дворе была уже глубокая осень, моросил мелкий холодный дождь.
– Мама! – позвала Грета.
Холодная тишина эхом отразилась от кирпичной стены.
– Мама! – Грета заметалась по двору. – Мама, я приехала!
Ветер хлопал деревянной калиткой и разгонял рябь на лужах.
Клоун Тим тихонько подошёл к красавице Грете и положил ладонь ей на плечо:
– Пойдём со мной, Грета…
Они подошли к старой кирпичной стене. Прямо у её основания был виден ещё свежий холмик земли, на котором лежал такой знакомый кожаный ошейник…
– Она ждала тебя, – тихонько поглаживая Грету за ухом, сказал клоун Тим. – Всё время ждала…
Потом Тим ушёл, и Грета осталась одна возле кирпичной стены. Она медленно прошла через весь двор и опустилась на мокрый гравий возле пустой собачьей конуры. Грета уже давно не помещалась в эту самую конуру, где провела всё своё детство. Только её красивая полосатая морда и кончики передних лап проходили туда…
В конуре пахло собачьей шерстью, опилками и… детскими воспоминаниями. Вот старый пластиковый мяч, любимая игрушка маленькой Греты, а вот разноцветные кегли, которыми играли Бим и Бом… Жучка бережно хранила эти безделушки, согревая их долгими холодными вечерами и тихонько, по-собачьи, подвывая на жёлтую луну…
Грета снова подошла к кирпичной стене. Понюхала кожаный ошейник. И горько, совсем как обиженный ребенок, прошептала:
– Прости меня, мама…
Кленовый лист, сорвавшийся с ветки, легонько коснулся щеки Греты:
– Ничего, малыш, ты справишься!
А время всё так же неслось вперёд, увлекая тигрицу Грету на новые гастроли. Свет рампы, пестрота афиш, короткие антракты… Всё это заставляло всё реже вспоминать о старой собачьей конуре и маленьком холмике у кирпичной стены на заднем дворе цирка… Но на пафосный вопрос корреспондентов:
– Вы такая успешная! Чего вам не хватает в жизни? – красавица Грета отвечала одинаково:
– Мне теперь всегда будет не хватать полчаса… Для мамы…

Ольга Луценко

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *