Запахи моей родины

Родина! Большое слово, просторное. Это большая территория России на земном шаре. Но для каждого из нас Родина начинается в том селении, в том доме, где мы появились на свет. Это потом, когда вырастешь, когда покинешь отчий дом и узнаешь другие земли, тогда и Родина станет больше, шире, просторнее. А пока родина – твой дом, двор, улица, село или город. Для меня родина начинается в селе Перкино Сосновского района. Там и сегодня стоит деревянный домик, в котором я родился и жил. Там, в Перкино, прошло моё детство и юность, там жили и умерли мои родители, там в памяти остались друзья детства, школа, голубое ласковое небо, летние тёплые дожди, речка с её ледоходом и тёплой летней водой, глубокое озеро с рыбалкой на заре, лесные дубравы и берёзовые рощи. И нет милее и прекраснее места, чем моя родина, и нет красивее восходов и закатов, чем на моей родине. Там самое тёплое солнце, самые добрые люди. А разве можно позабыть простор родных полей и лугов, с их зеленью по весне, разноцветными летними травами и их волнующим осенним увяданием, с белизной сверкающего снега? В разные времена года моя родина имеет свои запахи. Запахи родины – это особые для меня впечатления, которые я помню и буду помнить всегда.
Стояла тёплая, сухая, солнечная осень. Совсем уже пожелтели листья и по утрам, схваченные первыми заморозками, они воробьиными стайками, трепыхаясь в воздухе, слетали на серебристую пожухлую траву. Обнажённые кроны деревьев пропускали меж ветвей ласковые лучи позднего солнца на мокрые травы, и, отражённые в каплях росы, лучики возвращались в осеннюю свежесть звёздными искорками. В деревне к этому времени заканчивались огородные хлопоты и наступало время заготовки дров. Но не всегда выпадала возможность заготовить их достаточно, да и денег не хватало, чтобы купить, вот и шли люди в лес собирать опавшую сосновую хвою, или, как называли у нас, сгребать колючки. Колючки были хорошим подспорьем для топки печей, если учесть, что за них не надо было платить денег.
В один из таких светлых осенних дней вся наша семья и отправилась в лес сгребать колючки. Мне тогда было лет шесть, и меня впервые взяли с собой. Я ещё никогда не был в лесу. Вышли мы из дому рано, когда заря робко выглядывала из-за горизонта и солнца ещё не было видно. Родители и старшие братья несли с собой грабли и вилы, а у меня ничего в руках не было. Я и так еле успевал за ними, и приходилось то идти, то бежать следом. Мы быстро добрались до реки, по деревянному мосту перешли на другую сторону и в обход наезженной дороги, сокращая путь, зашагали напрямую через луг в направлении деревни Заречье, которая располагалась у самого леса. Здесь я и почуял тогда впервые запах луговых низин, смешанный с запахом речной воды. Мне не приходилось раньше дышать таким воздухом. А  тут вот он, воздух с необычным запахом, совсем не похожий на тот, который в селе. Какой-то он волнующий, глубоко проникающий в сознание, сыровато-свежий, по-особому запоминающийся воздух. Ну вот я его и запомнил. Интересно устроен человек (это я уж позже, взрослым так рассудил): дышит лёгкими, а запахи остаются в памяти, связываясь с тем местом и временем, где пришлось их вдохнуть.
Мы прошли улицей деревни Заречье, вошли в лес и совсем недалеко от деревни остановились среди высоких сосен. Я впервые видел эти огромные деревья-великаны. Смотрел на их верхушки, подпирающие свод небосклона, а над ними проплывали редкие серые осенние облака, которые ненадолго прикрывали собою солнечный свет, а когда облака уплывали, то солнышко снова проливало ласковое тепло между верхушками сосен. Но лишь редкие лучи могли пробиться ниже кроны, скользя по янтарным стволам деревьев. Родители и братья уже вовсю занялись работой, сгребая колючки, а я всё смотрел и смотрел вверх, пока не закружилась голова и не заболела шея. И тут я сделал для себя новое открытие – почуял особый запах. Здесь не такой был воздух, как на лугу. Этот необычный запах исходил от земли, освобождаемой от слежавшегося слоя колючек. Он отдавал прелостью, но не плесенью, а приятно пахнущей прелостью. Я взял в руки горсть колючек и понюхал. Не хватало лёгких, чтобы насытиться этим таинственным запахом. Я снова и снова вдыхал его, и лесной аромат заходил не только в лёгкие, но и в память. Я подошёл к сосне, потрогал шершавый низ коры, отломил кусочек, поднёс ближе, разглядывая его, и, конечно же, тоже понюхал. И тут новое открытие – новый неповторимый запах леса. И этот запах осел в моей памяти. За свою жизнь я множество раз бывал в разных уголках своей родины: и в лесах, и в лугах, и в полях, на реке, на озере, и днём, и с ночёвкой, и в разные времена года – и отовсюду уносил в своей памяти запахи родных просторов.

Весна! Это особо ожидаемое время года. После продуваемой холодными ветрами и промоченной насквозь дождями поздней осени, после долгих тёмных ночей, после морозов и холодного зимнего солнца приход весны – это торжество. Торжественность во всём: в голубизне неба, в тёплом ласковом солнце, в настроении людей, в прилёте птиц, в зелёных пупырышках почек на деревьях и, конечно, в запахе весенних садов. Весенний ветерок повсюду: с проталин, с дымящихся под солнцем бугорков земли, с рек и озёр, освободившихся ото льда, в лесу, в садах собирает запахи, наполняет ими воздух и разносит по всей округе. И тогда пахнет весной. И всплывают от этого запаха воспоминания о далёком детстве. Вспоминается мне разлив со звенящим хрустом льдин, ломающихся и плывущих вниз по течению реки, голубое бездонное небо с пролетающим косяком голосящих о возвращении гусей, с серебристой точкой далёкого самолёта, оставляющего за собой белую полосу на голубой лазури. Но вот началось буйное цветение садов. От этого запаха радостное чувство перемешивается с чувством сожаления о безвозвратно ушедшем времени юности. Юность – первая влюблённость, ночи до зари на лавочке или на брёвнышках у душистой сирени, соловьиные трели. Будут и другие вечера, и другие сирени, но вспоминаются всегда первые.

Лето! В ожидании лета нет такой чёткой границы, как это бывает в ожидании весны. Природа плавно переходит в лето, запахи которого не вызывают сильного душевного волнения, но имеют свои особенности. Когда ешь зрелые ягоды земляники, малины, клубники, то вместе с плодами как бы прожёвываешь их запах и ощущаешь его вкус. Особый запах в это время у свежескошенной травы, и невольно всплывает в памяти сенокосная пора. Раннее утро, луг, туман над рекой, и только слышна перекличка кос – вжик-вжик, вжик-вжик, и глубоко проникающий в память запах скошенной травы, сдобренной свежей росой. И мы, подростки, вместе со взрослыми убираем сено. А уж если тебе доверили лошадь с волокушей, то сердце переполняется радостью, чувствуешь себя мужиком. Но вот поднялось солнце, и спала роса, и запах травы становится парным, тёплым и неповторимым. Подходит к концу лето, и ложится на память душисто-горьковато-медовый запах спелых трав и цветов. И чувствуешь душой приближение школьной поры. Особенно мне напоминал об этом горьковатый запах бархатцев.

Осень! Подбирается медленно. День за днём уходит в небытие всё то, что цвело и благоухало, и как бы взамен преподносит нам свои дары ярких красок. Конечно, и осень – пора очарованья, пора необыкновенной красоты, но вместе с тем нет уже восторга, и свежий прохладный запах осенних зорь всё же наводит грусть. Грустит душа о весёлых днях весны и лета, о тёплой речной воде, о жарком солнышке и ждёт неминуемого наступления холодных ветров и дождей, низких и тяжёлых облаков, неприветливого солнца. Осыпаются листья, исчезают краски, и становится всё грязно-серым. И остаются в памяти запахи осенней листвы в оголённых и молчаливых лесах.

Зима! Бывает так, что нагрянет нежданно-негаданно. Проснёшься утром, а вокруг белым-бело. И радостно становится после осенней серости, слякоти и долгих тёмных ночей. А бывает так, что подкрадётся, сыпанёт снежку и скроется. Снег растает – и снова осенняя серость. Вот так и балуется, дразнит: то морозцем ударит, а то снова отпустит. Наиграется, а уж потом начинает засыпать снегом. Ну, как говорится в стихах С. Михалкова, «рады снегу зверь и птица и, конечно, человек!» Запах первого снега не забудешь. Я и теперь, как выпадет снег, возьму его, скомкаю, вдохну его сыровато-свежий запах, и напомнит он мне детство: первый снег, игра в снежки, снеговик, промокшие варежки. Подержу-подержу снежный комочек, да и брошу его в забор, да так, чтобы он рассыпался, как в детстве.

И снова весна! И снова восторг! И всё повторится. Только детство не повторится никогда, и напомнят о нём запахи моей родины!

Николай ЧЕРБАЕВ

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *