На пляже с чемпионом

Исер Иосифович Куперман
(21 апреля 1922 г. – 6 марта 2006 г.) – cоветский и американский шашист (русские и международные шашки), международный гроссмейстер (1958), семикратный чемпион мира по международным шашкам, шашечный теоретик. Один из крупнейших шашистов ХХ века.

Когда папу демобилизовали, мы переехали в Винницу, где жило в то время большинство наших родственников. В школе я сразу подружился с соседом по парте. Звали его Лёня Брок. Это был спокойный, уверенный в себе мальчик, к которому с уважением относились все одноклассники. Шефство Лёни помогло мне легко влиться в коллектив. Мы дружили и много времени проводили вместе. После седьмого класса меня перевели в другую школу. Мы стали видеться реже, у нас появились разные увлечения. Лёня пропадал на волейбольной площадке, а я в гимнастическом зале. Затем институт – и мы надолго потеряли друг друга из виду. И только через 55 лет случайно встретились в социальных сетях…
Лёня рано остался без мамы, она умерла, когда ему было 8 лет, и они жили в Виннице в однокомнатной квартире вдвоём с отцом. Савелий Давыдович Брок был известным в городе человеком. Он возглавлял Винницкую областную шашечную федерацию и был многократным чемпионом области по русским шашкам. Лёня тоже хорошо играл в шашки, уже в шестом классе получил первый взрослый разряд, участвовал в турнирах на первенство области и несколько раз завоёвывал призовые места.
Стояла тёплая летняя погода. Мы с Лёней договорились пойти на пляж. Я зашёл за ним. Лёни дома не было. Савелий Давыдович хлопотал у плиты.
– Савелий Давыдович, здравствуйте, где Лёня?
– Не волнуйся, сейчас придёт, у него дела, домашние. Это ты у нас под мамочкиным крылышком, а у нас всё по-другому. Иди в комнату, жди.
В комнате за столом сидел молодой мужчина, худой, в очках. Перед ним лежали ученическая тетрадь и резиновый штамп с изображением шахматной доски. Он шлёпал этим штампом, как печатью, по листам тетради, рисовал на доске какие-то фигурки и что-то быстро записывал. Я поздоровался. Мужчина ответил не глядя на меня и не отрывая головы от тетради.
– Знакомьтесь. Это друг моего шалопая. А это, – Савелий Давыдович на секунду замолчал, – а это чемпион Советского Союза по русским шашкам Исер Иосифович Куперман!
– И, заметьте, преданный ученик Савелия Давыдовича Брока, – не менее торжественно парировал Куперман, оторвав наконец взгляд от записей.
– Ну что ты, Исерик, я шашист областного масштаба. А ты вон где у нас и даже книги пишешь по теории шашек. – Савелий Давыдович кивнул в сторону тетради.
Видно было, что, несмотря на значительную разницу в возрасте, эти два преданных шашкам человека уважают друг друга и искренне дружат.
Куперман в 18 лет выполнил норму мастера спорта. В 23 года впервые дебютировал на первенстве Советского Союза и сразу стал чемпионом. Когда мы познакомились, он был уже трёхкратным чемпионом Союза, жил в Киеве, дружил с Лёниным папой, писал книгу по теории игры в русские шашки и приехал к Савелию Давыдовичу обсудить некоторые вопросы разработанных им положений.
Пришёл Лёня. Мы стали собираться на пляж.
– Вот что, ребята, – неожиданно предложил Савелий Давыдович,– возьмите этого теоретика с собой на пляж, пусть немного отдохнёт, а я закончу с обедом и присоединюсь к вам попозже.
– А что, ребята, возьмите меня с собой! – потягиваясь, произнёс Куперман, – Савелий Давыдович, как всегда, прав, надо отвлечься.
Главный пляж в Виннице расположен в центре города на берегу реки Южный Буг. Назывался он «Кумбары». Почему, уже не помню. Но мы всегда, когда хотели летом освежиться, говорили: – «Пошли на “Кумбары”».

Было воскресенье, на пляже многолюдно, и мы с трудом нашли место. Едва успели пару раз окунуться, как пришёл Савелий Давыдович. В это время чемпион Советского Союза лежал на спине, подрёмывая под гипнозом жаркого солнца. Савелий Давыдович навис над ним как коршун и стал что-то быстро говорить. Чемпион открыл глаза. Лёнин папа, не раздеваясь, присел на корточки, разложил доску, и шашисты начали по очереди переставлять кругляши, о чём-то споря, иногда довольно громко. Лёня внимательно слушал; в отличие от меня, он, скорее всего, понимал, о чём идёт речь. А я пошёл к реке. Когда вернулся, Лёня и Савелий Давыдович на двух досках играли с Куперманом… Но как! Чемпион лежал отвернувшись, с закрытыми глазами и «вслепую» отвечал на ходы соперников. Он выиграл все партии, не подарив обоим даже ни одной ничьи. Лёня был спокоен, чемпион области заметно нервничал, а я скучал.
– Вижу, вы не любите шашки? – обратился ко мне Куперман.
– Да, не люблю, – с вызовом ответил я, – это очень простая игра, вот шахматы – другое дело. У меня второй юношеский разряд, и я обожаю гроссмейстера Ботвинника.
Тогда как раз закончился турнир на звание чемпиона мира по шахматам. Михаил Ботвинник стал шестым чемпионом мира и первым среди советских гроссмейстеров. Это был единственный случай, когда игрался турнир. Больше турниров на звание чемпиона мира не проводилось. Когда в 1946 году умер действующий чемпион мира Алёхин, в ФИДЕ долго гадали, кого провозгласить чемпионом: гроссмейстера Эйве из Нидерландов, как единственного экс-чемпиона мира, остававшегося в живых, или гроссмейстера из Советского Союза Ботвинника, как претендента, вызов которого на матч незадолго до смерти принял сам Алёхин.

В конце концов конгресс ФИДЕ принял соломоново решение – разыграть звание чемпиона мира в турнире с участием шести шахматистов, добившихся наивысших результатов в соревнованиях последних лет. От Советского Союза пригласили Ботвинника, Смыслова и Кереса. Я болел за Ботвинника, и он победил.
– Я тоже люблю шахматы и тоже играю с друзьями, хотя у меня, в отличие от вас, нет никакого разряда, – с улыбкой отреагировал Куперман. – Я тоже обожаю Ботвинника и рад его победе на турнире. Это выдающийся шахматист, и он, я думаю, ещё долго никому не отдаст свою корону. Но, поверьте, шашки не менее интересная, сложная и непредсказуемая игра. Ваш друг Лёня и Савелий Давыдович могут это подтвердить. Спросите у них.
Куперман на минуту задумался. Я не знал, что ответить, и молчал.
– А вы знаете, когда был проведён первый чемпионат России по русским шашкам? – неожиданно спросил он. – Это было давно, более 50 лет тому назад, в 1894 году. Жил в то время один интересный человек, звали его Павел Бодянский. Он увлёкся шашечной игрой с детства. Мечтал провести турнир, где можно было бы собрать сильнейших шашистов России. Но тогда ещё не было единых шашечных правил, и никто не знал, как проводить соревнования. Наконец в 1892 году ему удалось организовать первый турнир на первенство Киева, собрав 11 лучших шашистов города, где сам он и стал победителем. Но мечта провести чемпионат России его не покидала. Ему пришлось решать много организационных вопросов, и наконец он смог организовать такой турнир.
Куперман задумался, молчал, смотрел в небо, а я с нетерпением ждал продолжения.
– Так вот, – продолжил он свой рассказ, – этот турнир провели в Москве, в большом зале Московской сберегательной кассы на Первой Мещанской улице. Для участия пригласили лучших московских игроков и сильнейших шашистов из других городов России. Все партии были сыграны в один день – 1 июля 1894 года. Это же надо иметь такое здоровье, – улыбнулся Куперман, – современные шашисты не выдержали бы такой нагрузки. И, вы знаете, первыми чемпионами России по шашкам, как ни странно, стали сразу два шашиста: Фёдор Каулен и Сергей Воронцов. Они набрали равное количество очков, сыграли дополнительно две партии – снова ничья. Времени продолжать спор не было. Организаторы задумались, прикинули все «за» и «против» и решили провозгласить двоих.
Куперман помолчал и вдруг, что-то вспомнив, весело произнёс:
– А вы знаете, мой юный друг, что первый журнал в России, посвящённый настольным играм, назывался не как-нибудь, а «Шашечница», вот так! И лишь позже был переименован в «Шахматное обозрение». А вы говорите, шашки простая, неинтересная игра.
– А почему тогда нет чемпиона мира по шашкам? – спросил я.
– Почему нет, – удивился Куперман, – очень даже есть, сейчас это Пит Розенбург из Нидерландов, правда, по международным стоклеточным шашкам. А по русским шашкам действительно нет, потому что чемпионаты мира не разыгрываются, а жаль. Но русские шашки всё больше находят распространение во многих странах, и я уверен, что скоро будут и такие чемпионаты мира.
– Зачем же вы играете в шашки, где нет чемпиона? Надо играть в те шашки, где можно стать чемпионом, – съехидничал я.
– Играю потому, что русские шашки – это серьёзная, интересная и очень популярная игра у нас в России, – чеканя каждое слово, ответил Куперман. – А вот над вашим предложением играть в международные шашки я уже усиленно тружусь. Изучаю теорию, разбираю партии чемпионатов. Думаю, скоро созрею.

Это «скоро» произошло через девять лет, в 1958 году. Исер Иосифович Куперман стал первым советским чемпионом мира по международным стоклеточным шашкам, сменив на этом посту канадца Марселя Делорье. А я стал искренним его фанатом. Куперман ещё шесть раз выигрывал чемпионаты мира по международным шашкам, и я всегда азартно за него болел, гордо рассказывая друзьям и знакомым, как мы вместе загорали на берегу Южного Буга.

Я был расстроен и огорчён, когда в 1978 году он эмигрировал в Израиль, а затем в США. Тогда, по патриотической наивности, я считал его предателем. Но со временем мне пришлось многое пересмотреть, чтобы понять и оправдать его поступок.

Пророчество Купермана сбылось. Первый чемпионат мира по русским шашкам наконец состоялся в 1985–1986 гг., и первым чемпионом мира стал москвич Александр Кондуров. Куперман только один раз, от США, принял участие в турнире по русским шашкам, занял второе место и больше на игры не ездил.
Лёня Брок сейчас живёт в Германии. Мы общаемся в социальных сетях, вспоминаем и тот день на пляже. Лёня сообщил, что по наследству ему достались несколько писем, которые писал Куперман его отцу, и книги по теории шашечной игры с автографами автора.
Умер шашечный гений в 2006 году в Бостоне (США) на 85-м году жизни.

Марат Бендерский

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *